Книга Завтрак для фанатки, страница 113 – Саша Керн

У меня был Том, который, конечно, будет зол, но я знала, как его успокоить, я уже знала, что поездка в Лондон будет решающей. И кажется, я знала, что хочу остаться там с ним. А что было у Джонатана? Вечные подозрения, мелкие интрижки, красивые пустышки и игра. Вечная и бесконечная игра, в которой теряешься сам.

Сейчас, растревоженная этими мыслями и переживаниями, злая и обиженная, я хотела только одного – выпить, немного расслабиться и заглушить боль. Мне требовалось свернуть направо в сторону магазинов, где, как обычно, придется предъявлять паспорт, чтобы купить спиртное.

Но не в этот раз. Видимо, что-то в моем взгляде заставило грозную продавщицу без разговоров продать мне бутылку вина, открыть ее и предложить купить конфеты или шоколад. Я, как истинно русский человек, сказала, что привыкла без закуски, особенно любимое ежевичное. Она понимающе кивнула и сдала сдачу. Продавцы порой бывают поразительно понятливы, почти как бармены.

Я шла вдоль проезжей части, где мимо пролетали автомобили, тормозя в грязных лужах и швыряя брызги во все стороны, но не обращала внимания на внешние раздражители, пила из горла сладкое вино и думала о себе и о нем.

Думала о том, что достойна была всего лишь игры на публику, наверное, прекрасной игры, если я смогла принять все всерьез. Но вот что меня никак не отпускало, заставляя плутать в рассуждениях по кругу, так это замеченная на его шее цепочка и кулон, который выскочил из-за ворота футболки, когда он размахивал руками.

Еще полгода назад мне показалось, что я потеряла свой кулон по дороге в аэропорт. А сейчас видела, что он никуда не делся, он мило располагался на шее Джонатана и слегка оттенял его глаза, которые, как хамелеоны, меняли свой цвет.

Он всего лишь играл со мной, играл и носил кулон в виде арабского кошачьего глаза, приносящего удачу, который я забыла в доме Коулов, когда так стремительно убежала. Мне его подарила на двадцатый день рождения Надя, и я бы узнала его из ста тысяч таких же цепочек и кулонов по царапинке, которую поставила сама же. Я, конечно, не успела ее рассмотреть, но и не верила в простые совпадения. Неужели он думал, что я не замечу? Или забыл, что он у него на шее?

Я глотнула вина, пытаясь не думать о том, куда вели меня мысли, все время крутившиеся вокруг одного и того же, потому что бесконечно оправдывать поступки, которые так ранят, невозможно. Постоянно быть жертвой тоже невозможно, нужно уметь делать выбор, делать первый шаг и идти вперед с высоко поднятой головой, не забывая о гордости.

А пока я шла вдоль дороги с высоко поднятой бутылкой вина, которая, похоже, начинала заканчиваться, не так оттягивая руку. Дождик продолжал лить, неприятно щекоча мое лицо, а грязные лужи, по которым я шлепала в красивых туфельках, пачкали ноги. Вид у меня был, наверное, потрясающий, только потрясать мне сейчас было некого. Сделав еще глоток, я залезла на бордюр, проверяя степень опьянения, потому что вроде бы мысли и стали течь плавнее, но руки и тело все еще потрясывало. Я уже хотела попробовать сделать ласточку, когда услышала резкий сигнал проезжающего мимо автомобиля, который, пытаясь тормозить, окатил меня из лужи.

Бутылка выпала из рук, разливая остатки сладкого забытья в водосток, а я пыталась стереть с лица грязные капли.