Книга Школа. Питер. Любовь, страница 79 – Саша Керн

— Ты чего такая хмурая? – заговорила вдруг Ксю. – Молчишь и будто что-то обдумываешь. Тебя Макс обидел или Колосовская?

— Почему сразу они? – насупилась я.

— Потому что именно им я не доверяю, – Ксюша сложила руки на пуховике, который скрученным комком ютился у неё на коленях.

— А Фролову, значит, доверяешь?

— Фролов – это Фролов. Он же…

— Мне кажется, он очень изменился после всех этих споров и конфликтов, – остановила я её хвалебную речь или что она там собиралась сказать, обеляя его прекрасный лик.

Автобус провёз нас по Троицкому мосту, про который тоже существовала своя история. Позади остался Летний сад.

— …по которому приятно гулять летом в тени его деревьев, – продолжала рассказ экскурсовод.

— Это что-то из области фантастики – про Даню…

Я вздохнула, решаясь рассказать Ксюше о том, что он припёрся ко мне ночью в поезде. Она всегда мне помогала и была рядом, начиная с сентября, а я до сих пор как-то сторонилась и отталкивала её, хоть и была рада поддержке. Почему-то не решалась с ней делиться личным, ведь раньше только Соне всё рассказывала. А теперь… Может, если я поделюсь с ней тем, что у меня внутри, то и она тоже станет со мной делиться? И мы… На то, что вдруг промелькнуло в голове, надеяться было страшно. Но это помогло решиться на то, чтобы обо всём рассказать.

Я выдохнула и прошептала:

— Ночью в поезде, когда ты заснула, Даня приходил ко мне.

— Что?! – это прозвучало громко.

На нас обернулась Галина Николаевна. Ксю пробормотала:

— Простите, – и зажала себе рот руками, но глазами так выразительно таращилась, что я поняла: стоит продолжать рассказ.

— Постучался в купе. Я вышла к нему, он стал что-то говорить, что это не то… В общем, я так и не поняла, зачем он приходил. Сказал, спасибо, что разняла их с Максом.

— А ты что? – Ксю наклонилась ближе, внимательно слушая.

— Я растерялась – он ещё так низко наклонился, когда это всё говорил, вот, как ты сейчас. Но вэтот момент вышла Галина Николаевна и разогнала нас. А сегодня перед экскурсией, когда я набирала воду в кухне, он зашёл за мной и начал говорить, что жалеет, что не успел ничего сказать в поезде. Сказал, чтобы не пропускала сообщения, напишет. Нам очень нужно поговорить.

Я откинула голову на кресло, вздыхая. За окном мелькали здания, а голос экскурсовода скорее убаюкивал, чем заинтересовывал.

— Ничего себе! А ты?

— А я в шоке стояла, не знала, что сказать. Потом хотела купить шоколадку, когда Данька ушёл. Тут заявился Егор и сказал, что видел нас тогда с Даней. И пока не знает, будет ли рассказывать Максу, потому что в нашу пару он не верит.

— Неудивительно… Что?

Я укоризненно посмотрела на неё. Не то чтобы я верила в нас, но всё же… Иногда мне хотелось помечтать, а что, если я действительно нравилась Максу? И он всё это устроил, чтобы… Чтобы что? Чтобы не просто насолить и вызвать ревность у Колосовской, а потому что не знал, как мне сказать. Но это выглядело как полная чушь, ведь мы и правда были как день и ночь – слишком разные.

— Они все с ума сошли, что ли? У них это ноябрьское обострение, как у котов! Только у котов мартовское, а у них…

— Хватит, перестань, – я прыснула от смеха, стараясь не шуметь.

— Хотя на кота из них только Макс похож.

— Думаешь, я так это себе всё представляла? Я всего-то хотела поехать в Питер, гулять по городу, пить капучино, читать книгу в кафе, смотреть, как за окном спешат люди, и не разрываться между…