Книга Комната с видом на лето, страница 138 – Элиза Дж. Скотт

Флорри не отрывала взгляда от рук. Она понимала, что отрицать бесполезно. Она вздохнула и кивнула, непрошеная слеза скатилась по щеке. Впервые она признавалась в обманутых надеждах самой себе, не говоря уже о ком-то еще.

— Похоже на правду, Мэг.

— Ох, детка. — Мэгги потянулась через стол и успокаивающе погладила Флорри по руке. — Тяжело тебе. Чего бы только я сейчас не отдала бы за волшебную палочку, чтобы взмахнуть ею и все исправить.

Флорри слабо улыбнулась:

— Сама не отказалась бы. И тоже бы взмахнула… Раз! И в кроватке в твоем доме уже лежит пухлощекий малыш! — Она оперлась локтями о стол и закрыла лицо руками. — Лучше бы я Эда никогда не встречала. Чувствую себя такой глупой! Я все чертовски неправильно поняла.

— Ты не ошибалась, Флорри, и ты точно не глупая. Ты действительно нравишься Эду, даже больше, чем просто нравишься. Мы все наблюдали это в прошлую пятницу, а все сразу не могут ошибаться.

Флорри пожала плечами и, откинувшись на спинку стула, сняла очки, чтобы дать отдых заплаканным глазам.

— Скорее всего, вряд ли, но это не имеет никакого значения. Эда здесь больше нет, нравлюсь я ему или нет.

Она сделала глоток вина, прогоняя нахлынувшие эмоции. Мэгги пристально посмотрела на нее.

— Послушай, детка, ты все еще переживаешь из-за потери мистера Харта, так что не сдерживай слез. Не все они в честь бросившего тебя парня. Чувствовать грусть, скорбеть — это совершенно естественно. И замкнуться в себе — худшее, что ты можешь сделать. Поверь мне, я в этом разбираюсь.

Флорри снова надела очки, чувствуя себя виноватой. По сравнению с проблемами Мэгги ее собственные сразу показались незначительными. Она сбилась со счета, сколько раз была свидетельницей душевной боли своей подруги. Они с Медвежонком отчаянно надеялись создать семью с кучей детишек. Волнение Мэгги уходило, а надежды росли каждый месяц, но потом следовало сокрушительное разочарование. Это продолжалось годами, но Мэгги почему-то не теряла оптимизма. Сердце Флорри сжалось от боли за подругу.

Медный колокол в пабе громко зазвонил, и Мэнди объявила, что они закрываются. Подруги переглянулись.

— Еще по стаканчику на дорожку? — спросила Мэгги, и улыбка вернулась на ее лицо.

— Почему бы и нет? — отозвалась Флорри.

— Лови, Герти!

Флорри запустила в сторону пляжа желтым теннисным мячиком. Он подпрыгнул и покатился по кромке прибоя, а собака, не теряя ни секунды, бросилась следом. Она схватила его и понеслась по песку, бешено молотя лапами и поднимая брызги. Флорри не могла удержаться от смеха при виде такого энтузиазма.

В то утро они сделали крюк по пути в книжный магазин, пропустив прогулку по набережной в пользу прогулки по безлюдному пляжу. Даже в такие чудесные солнечные дни, как сегодня, в восемь тридцать утра в воскресенье было слишком рано для отдыхающих, которые сбегали из города, разбивали палатки прямо на берегу или расставляли яркие шезлонги и тенты для защиты от ветра. Ранний час привлек внимание лишь небольшой горстки любителей выгула собак и бега трусцой, и на этот раз в поле зрения не было ни одного серфингиста. Прилив медленно отступал, оставляя за собой широкую полосу темного мокрого песка, пена оседала на мелкой гальке, усыпанной водорослями.

Когда Флорри была еще ребенком, пляж стал для нее замечательной игровой площадкой. Она сохранила множество счастливых воспоминаний, связанных с теплыми летними днями и мороженым, покрытым разноцветной глазурью. Улыбаясь, она вспомнила, как самозабвенно бежала по теплому песку к морю, как визжала, когда холодная вода окатывала босые ноги и по коже бежали мурашки.