Книга Напиши мне любовь, страница 87 – Лиза Кук

Она смотрит прямо на меня.

— За тот вечер. За слова, которые сказала о вашей маме. И за то, что столько лет верила человеку, которому не должна была верить.

Я чувствую, как внутри все снова напрягается, а затем смотрю на маму, которая не спускает с меня глаз. Черт, я ведь так и не рассказала ей о Марке.

— Давайте пройдем все вместе на кухню, — медленно произношу я.

Мама и Наталья молча садятся за деревянный белый стол, а я ставлю чайник и достаю чашки.

— Так, начнем сначала, — выдыхаю я. — Мама, дело в том, что несколько месяцев я встречалась с Марком Панковым. С твоим бывшим учеником.

Я делаю короткую паузу и вижу, как Наталья теряется. Видимо она не ожидала, что я не рассказала этого собственной матери.

— Но почему ты не рассказала мне об это раньше?

— Потому что тогда семья Панковых принесла в наш дом беду. Я боялась тебя расстроить. Боялась, что ты вновь не выдержишь и у тебя случится рецидив. Ты уже несколько лет в ремиссии и так счастлива! Я бы не простила себя, что заставила вернуться тебя в те ужасные события.

На моих глазах наворачиваются слезы. Я отворачиваюсь, чтобы налить кипяток в чашки и ставлю их на стол.

— Лия, то, что произошло, не отменяет того, кем он был для меня, — Мама смотрит на свои руки. — Марк был одним из самых талантливых учеников, которых я когда-либо преподавала. Он слышал музыку иначе. Не просто попадал в ноты — он чувствовал, зачем они нужны. У него было редкое качество. Он мог взять обычную песню и сделать так, что она начинала звучать совершенно по-другому.

Я слушаю молча.

— Он очень хотел выступать, — продолжает мама. — А я хотела, чтобы он учился. Не просто становился известным, а действительно понимал, что делает. Мы много спорили. Он иногда злился на меня, когда я заставляла его повторять одно и то же по десять раз.

— Это на него похоже, — тихо добавляет Наталья.

Мама грустно улыбается.

— Да. Очень, — она ненадолго замолкает. — А потом появился Сергей.

Я чувствую, как внутри все сжимается.

— Продюсер Марка?

Мама кивает и Наталья спрашивает у нее:

— Что произошло?

— Он сразу понял, что Марк может стать большим артистом. И хотел ускорить все. Выступления, контракты, записи. А я была против некоторых его решений. Например, что не стоило подростку выступать в посредственном клубе в 11 вечера. Сергей часто ругался и был грубым. А после моей недельной терапии в больнице он пришел ко мне и потребовал, чтобы я больше не связывалась с семьей Панковых. Что они считают меня препятствием для карьеры. Что я была непрофессиональна. А затем были настоящие угрозы и шантаж.

Мама тяжело сглатывает, а мы переглядываемся с Натальей. Я вижу, что она сильно удивлена.

— Тогда я была больна. Мне было страшно. Я думала только о том, как пережить следующий месяц, как не позволить болезни забрать у меня остатки жизни и тебя, Лия.

Я беру ее за руку.

— Все это неправда, — вырывается у Натальи. — Сергей рассказал нам совсем другую историю. Сказал, что Мария не отпускает Марка на выступления, запрещает подписывать контракты и мешает ему развиваться. Мы были уверены, что именно она не дает ему двигаться дальше.

Наталья виновато смотрит на маму.

— А вам он сказал, что мы не хотим больше работать с вами из-за болезни.

Мама закрывает глаза и кивает.