Онлайн книга «Соседи. Книга 1»
|
Позже. Улучит момент, выгонит маму в магазин за молоком и пойдет. Разобравшись с работодателем, отрешенно пробежавшись глазами по валу гневных сообщений от Стрижова – одно занимательней другого, – Ульяна открыла приложение банка, и вот тут-то глаза на лоб и полезли. На счету магическим образом материализовались двести тысяч рублей ровно. Двести. Тысяч. Двести. Ее зарплата за три месяца. Сопроводительное сообщение уведомляло: «Ульяна, спасибо за спасение дочки. Олеся». Уля уставилась в стенку. Олеся эта звонила ей через несколько дней после происшествия на пляже: осыпала благодарностями, ответила на вопрос о самочувствии дочери, ну и все на этом. Да, приятно, что люди все же нашли желание и время связаться и сказать несколько греющих душу слов, но… Уже тогда Уля ни о чем и ни о ком, кроме Егора, думать не могла: он полностью завладел ее головой, вытеснив оттуда все и всех. В общем, Ульяна забыла про этот разговор, повесив трубку, а меж тем там ведь действительно звучала фраза о том, что они не прощаются. Дрожащими пальцами вбив цифру с пятью нолями в окошке пришедших переводов, Уля без лишних колебаний вернула всю сумму отправителю. Чужого ей не нужно, устной благодарности вполне достаточно. Олеся позвонила меньше чем через десять минут. Говорила что-то про то, что они могут себе позволить такой жест, что муж получил внушительную премию, что они не знают, как еще отблагодарить, что им ее Бог послал, что их дочь Алиса мечтает когда-нибудь встретиться, что… Чего только не говорила! А под конец: «Ульяна, вы очень нас обидите, если вновь вернете деньги. Деньги – пыль, дороже жизни своих детей ничего нет. Поезжайте куда-нибудь отдохнуть». «Обидите… Куда-нибудь… Поезжайте…» Отдохнуть. Что же… Может, это знак? Если сегодня Вселенная так к ней добра, она, пожалуй, не станет ее гневить и действительно съездит – туда, куда тур стоит, словно крыло Boeing-747. К бабе Гале на Камчатку. Утверждают, что сентябрь – золотое время для поездки на полуостров. Навестит прохворавшую бабулю, вот та обрадуется… Заберется на вулкан, посмотрит Долину гейзеров и озера, отвлечется на время от всяких там… Ночь давно прошла, а запах куртки до сих пор в носу стоит. Попросит отпуск на время поездки, а откажут – так уволится. Да. Ульяна уставилась в стенку, пытаясь себя уговорить. Она поедет. Проветрит голову. Сбежит хотя бы на время. А там, может, наконец и отпустит. Не зря же мудрость народная гласит: с глаз долой – из сердца вон. Да? Интуиция встрепенулась и беспардонно громко фыркнула. Звучало это фырканье как жирный намек на то, что в ее случае надеяться на пощаду не стоит. Правда такова, что, скорее всего, там, у бабы Гали, она полезет на стенку от тоски. Будет скучать и отсчитывать дни в календаре… А если к этому времени они так и не обменяются телефонами, то попросту съедет с катушек. Рассеянный взгляд упал на настенные часы: стрелки показывали три часа дня ровно. «Говорит Москва. В столице пятнадцать часов, в Ашхабаде – шестнадцать, в Ташкенте – семнадцать, в Караганде – восемнадцать, в Красноярске – девятнадцать, в Иркутске – двадцать, в Чите – двадцать один, во Владивостоке и Хабаровске – двадцать два, в Южно-Сахалинске – двадцать три, в Петропавловске-Камчатском – полночь»[87]. |