Онлайн книга «Соседи. Книга 1»
|
«Мож-же-ве-ло-вых», – медленно подсказал Ежик. «Можжевеловых! – обрадовался Медвежонок. – Чтобы дымок пах… И… и… и… и в… и в… ведь кто же, кроме тебя, звезды-то считать будет?!» Медвежонок говорил, говорил, а Ежик думал: «Все-таки хорошо, что мы снова вместе». А еще Ежик думал о Лошади: «Как она там, в тумане?..»[74]
XVI. Станция «Конечная» Метро в третьем часу дня и метро в час пик – словно два разных мира. Ульяна едет из книжного в полупустом вагоне, в промокших кедах, с рюкзаком, набитым литературой, авторы которой обещают научить ее виртуозному владению гитарой за жалкие тридцать дней. Четверг, второй месяц этого странного лета вот-вот помашет ручкой на прощание, дома стынет очередной недописанный перевод, проблемы уже начались, и если она продолжит в том же бодром темпе, то очень скоро ее попросят на выход. Но ей, честно говоря, плевать – гори оно все в синем пламени. Сдавать работу завтра, не сделает днем, ночью сделает. Не сделает ночью, утром пораньше встанет. К едрене фене все пошлет, станет рисовать арты на заказ. Уля рассматривает людей. Девяносто процентов пассажиров уткнулись носами в экраны своих смартфонов. Вон, откинув голову на сиденье и прикрыв глаза, слушает музыку симпатичный молодой человек, вон бабушка с внушительной тележкой. Интересно, что эти бабули постоянно в них возят, куда держат путь? Когда Ульяна в вуз к первой паре каталась и в подземке оказывалась уже к семи утра, вопрос о бойких старушках с тележками, снующих по платформам и переходам, был актуален как никогда. В противоположном конце вагона молодая мама с прогулочной коляской – возится со своим чадом. Кто-то везет электросамокат, кто-то – овчарку, спокойно устроившуюся у ног своего хозяина. Но самое интересное происходит буквально по левую от нее руку – именно туда то и дело чуть поворачивается голова. Надолго оторваться от случайно представшей взору картины невозможно. Там парочка. Она спит, положив голову ему на плечо, а он обхватил ее руками, склонил голову и вглядывается в лицо. Всматривается долго-долго, словно пытается запомнить на нем каждую, даже самую незначительную, деталь. А на его собственном отражаются умиротворение и нежность. Уля никогда еще не видела, чтобы на кого-то так смотрели. Минуты идут, девушка спит, а он, никого вокруг не замечая, бродит взглядом по любимым черточкам. Кажется, ни один миллиметр не остается без внимания, кажется, он пересчитал все до одной веснушки, каждую родинку и ресничку, на год вперед налюбовался маленькой горбинкой на носу, линией бровей, губ и ямочкой над ними. А может… Может, не на год, может, на минуту. О чем он думает, никто наверняка не скажет, и в то же время все кажется таким очевидным. Глаза начинает жечь, а грудную клетку – печь. Уля отворачивается, пониже опускает голову и занавешивается от мира волосами. Любовь есть. По левую от Ульяны руку, ее олицетворяя, сидит самое прямое тому доказательство: поверни голову – и все увидишь, открой сердце – и согрейся. Волны любви способны коснуться не только того, на кого направлены, но и остальных, лишь почувствуй в себе желание их ощутить, сними с души замки и впусти. А кого-то – кого-то ищущего – они снесут. |