Онлайн книга «Соседи. Книга 2»
|
Егор молчал. Застыл изваянием, памятником Лермонтову, разве что дышал. А Уля чувствовала, что в их противостоянии способна победить. Что сможет убедить его, сможет! Что он хочет, чтобы его убедили, что готов сдаться. Он складывает оружие, снимает амбарные замки, сматывает разбросанную по периметру колючую проволоку, собирает мины. Прямо сейчас он дает ей возможность войти, но надолго ли его хватит? Нельзя выпускать! Желание стиснуть в руках, прижаться крепче боролось с осознанием, что она причинит ему физическую боль, если уже не причинила. Подбородок коснулся макушки, Егор рвано втянул носом воздух, грудь толчками поднялась, и все стало совсем уж не важно. — Егор, мне все равно, – сглотнув царапающий горло ком, прошелестела Уля. – Мне ты нужен любым. Мне важно, что тут, – чуть отстранившись, положила на сердце ладонь. – Так что… – вскинув мокрые глаза и вымученно улыбнувшись, ткнула пальцем в кончик носа, – будешь меня всю жизнь рядом терпеть, да. Хочешь ты этого или нет. Ее встретил темный, затягивающий взгляд. Пронзающий, ужасно больной. А Улю распирало изнутри: от тепла и нежности, которую надобно было всю на него выплеснуть. Всю. Сам того не подозревая, он создавал в ней тепло и нежность. И они ему предназначались. Но приходилось помнить о рамках дозволенного, а их она, может, и так уже поломала. Ульяне казалось, что для безнадежно влюбленной девочки держится она не так уж и плохо. Но устоять против того, чтобы протянуть пальцы к ссадине на скуле, не смогла. Егор перехватил запястье на полпути к цели. А уже через секунду спохватился и разжал ладонь. — Иди. Мама там, наверное, с ума сходит. «Мама?.. Какая мама?.. При чем тут мама?..» Вновь прижимаясь щекой к ходящей ходуном, но такой теплой груди, Ульяна упрямо мотнула головой: — Она в гостях. Молчал. Искал, наверное, новые аргументы, все пытался сообразить, как бы поскорее сбагрить ее восвояси. Эта догадка погружала в состояние обреченности и безысходности, будто бейся не бейся, а все уже предрешено. Уля падала духом. «Ты меня вообще слышишь?!» — Я тебя не оставлю. Даже не надейся. Нет. — Нет?.. – отозвался он эхом. — Нет. Ответом стал глубокий шумный вдох и такой же продолжительный неровный выдох. Теплый воздух защекотал макушку. Положив руки ей на плечи, заставил от себя отстраниться, отодвинул принудительно на полметра. Прикрыл длинные ресницы, защищаясь от встречного взгляда. Занавес упал. Все. — Ульяна… Стоп-краны сорвало, раздался жуткий лязг, и поезд понесся под откос. Уля вздрогнула, чувствуя, как полностью теряет над собой контроль. Она не помнила, чтобы Егор хоть когда-нибудь называл ее по имени, все «малая» да «малая». Он и не называл, нет, никогда. А сейчас словно вытолкнул из себя в пространство вместе со страхом и дозой переработанного кислорода. Сердце беспомощно затрепыхалось, предчувствуя неизбежное: ее имя вот-вот разделит ее же жизнь на до и после. Он не хочет людей рядом. Еще несколько секунд, и… «Неужели не поверил? Что еще тебе сказать, чтобы ты поверил? Что сделать?» — Ульяна, кого ты выбрала, а? * * * Егор ощущал: широко распахнутые васильковые глаза смотрят не мигая. За последние десять минут он почувствовал в себе столько любви, ужаса, отчаяния, пустоты и бессилия, сколько, наверное, за жизнь не наберется. Сердце разрывается. Он просто-напросто планомерно сходит с ума, на устрашающей скорости летит в пропасть, на каменные пики, а дна все не может достигнуть. Она не дает ему достигнуть дна! Вокруг вакуум, а внутри… Раздирает на части от чувств этих безумных, необузданных, немыслимых. Оторвать ее от себя, отказаться от веры, от тепла, от рук, от момента, в котором хотелось застыть и остаться, стоило ему всех сил. Больше всех сил. |