Книга Сломанная кукла, страница 33 – Янка Рам

— Как только чувствуешь, что едет крыша, сжимаешь мою руку.

Отодвигает ткань, открывая черноту входа. Послушно опускаюсь на колени. В лицо удар горячей волной.

Мне кажется, я попадаю в пекло… Мозги в это же мгновение перестают соображать. Жмурюсь, пряча глаза от жара.

— На спину.

Лапник колется. Жар обжигает лёгкие. От концентрации хвои дышать невозможно!

В шоке лежу на спине. Он сидит рядом.

Чувствую, как его кисть отыскивает мою.

Камни трещат. Воздух такой сухой, горячий и пряный, что больно. Плеск! Шипение! Пар обвариваривает. Если бы я могла - закричала бы!

Истерично жму его руку.

Резко подрывается вытаскивая меня наружу. Ледяной воздух приносит облегчение и пьянит.

— Снегом теперь.

Я впадаю в новый шок от обжигающего ощущения.

Он трёт меня снегом - быстро, беспощадно и больно! Как наждачкой. Я думала, больно вафельным полотенцем. Но это были цветочки!

В общем, зачем же таскать воду, когда снег это тоже вода.

И только я успеваю околеть от этих невыносимых ощущения... Снова запихивает меня в хвойный ад!

И снова - пару. И снова у меня плавится все - кожа, внутренние органы... От пота ждёт глаза...

Жму на руку.

Ад ледяной! С наждачкой.

Ад хвойный, колючий. С паром.

И снова ледяной!

И снова хвойный!

Это какие-то пытки. Голова идет кругом. Ноги не держат.

Хватит! - хочется умолять мне.

Но в какой-то момент, я вместо шока начинаю чувствовать расслабление и парение.

Мне лениво и хорошо. И уже не хочется в истерике жать на его ладонь, когда он льет воду на камни.

И я просто лежу, чувствуя свою маленькую кисть в его огромной ладони.

Его ладонь - это кнопка эвакуации. И я точно знаю, что она сработает. Поэтому позволяю себе плавиться, ища границу возможностей тела.

Мне б такую кнопку навсегда. Кнопку эвакуации. Когда возможности уже на грани.

— Согрелась? - сжимает сам мою кисть.

Я шевелю губами, не в силах ответить насколько я "согрелась". Открыв немного вход, чтобы заходил воздух, он как ребенка одевает меня - боксеры, носки, шапку. Свою телогрейку. Она точно его. Я помню его запах. Закутывает в спальный мешок и несёт под навес.

Я чувствую себя маленькой, спеленутой, и первый раз за очень долгое время в безопасности.

Мне кажется, кости и мышцы мои расплавились и стали мягкие. Я и голову-то держу с трудом. В голове пустота... И ощущение нереальности происходящего.

Усаживает.

Мне в руки всовывают кружку с чаем. Открывают шоколад. Костер трещит.

Псих одевается рядом.

Чуть дальше - вопли, хохот и стоны парней, ругань. В баню пошли все, за компанию.

— Э, - кричит им Танго, - рудименты там свои берегите, ошпарите нахрен!

Йода, закрыв глаза сидит неподвижно у костра.

Я допиваю свой чай с шоколадом. Усталость, ощущение детства, парение и приятная ломота тела, сладкий вкус, избыток кислорода - всё смешиваются в гремучую смесь, отключая меня. Глаза закрываются... Падаю на спину, отъезжая в какое-то нереальное состояние. Удивляясь, что тело, способно чувствовать удовольствие.

Он ложится рядом, накрывая ещё сверху своим спальником меня и себя прямо с головой, не слишком вежливо подтягивает меня ближе, обнимая сзади. И через минуту уже равномерно сопит. И я...