Книга Наташа, не реви! Мы всё починим, страница 80 – Янка Рам

— Зачем же - сразу в интернат?

— Ой... бедовые они. Учиться не хотят. Бабка с ними не справляется. Хулиганят. Воруют. По стопам матери пойдут.

— Я им пойду!.. - шепчу, читая личное дело.

— Ты, если Редько берешь, то, может, сегодня вместо меня их сопроводишь на дачу показаний? У меня запрос из полиции. Свидетели они по делу там какому-то. А бабка их, говорят, приболела.

— Конечно. Во сколько?

— Черт... Забыла. Записывала же где-то...

Ищет в сумочке, разбирая бумажки. Достает блокнот.

— Ой! Так уже бежать надо. Сейчас...

Переписывается с кем-то по мессенджеру.

— Они там уже.

— Разве можно их без сопровождения забирать?! И тем более - допрашивать!

— Ой, Наталья Антоновна, - со вздохом машет рукой. - Очень много у нас происходит того, что не должно. Ты привыкнешь.

Надеваю пальто.

Марина Васильевна вырывает мне листок с телефоном и адресом.

— На входе паспорт и удостоверение покажешь.

Засовываю их личное дело в пакет, забираю с собой.

Дежурный на входе подозрительно и дотошно разглядывает вдоль и поперек мое фото на паспорте и удостоверение.

— Можно побыстрее? Там у вас мои подопечные дети.

— Побыстрее нельзя... Вдруг у вас документы липовые. Вот и паспорт какой-то новенький совсем. И до возраста смены паспорта вам ещё далеко... А у нас майор - зверь. Голову мне открутит, если что.

— Ну что Вы придумываете? После пожара документы получала заново.

— И удостоверение новое.

— Недавно работаю.

— Ладно, проходите. Прямо по коридору, до упора. Там увидите.

Останавливаюсь у одной из приоткрытых дверей, услышав голоса.

— ...Ты мне повыебывайся тут ещё, Редько! Я тебя в колонию на раз-два упеку.

Возмущённо распахиваю глаза, залетая в кабинет. От адреналина начинаю заикаться сначала. А потом голос мой уверенно твердеет. Кто за них заступится, если не я?

— Вы почему в таком тоне с детьми говорите?!

— А Вы ещё кто? Покиньте кабинет немедленно!

— Пьяных Наталья Антоновна, - показываю ему удостоверение. - Это мои подопечные. А Вы кто?

— Оперуполномоченный Василенко. Капитан… - недовольно добавляет оню

— Хочу видеть ваше начальство, капитан Василенко. Немедленно!

— Начальство... Занято мое начальство, - ехидно.

— Тогда оставьте нас с детьми, я хочу выяснить все ли с ними в порядке.

— Выясняйте! - раздражённо.

— Не при посторонних. Вы могли их запугать. Тем более, я своими ушами слышала...

— Да их запугаешь, ага! Это ж... гопота!

— Так! Федор, Семён, одевайтесь, мы уходим.

— Да Вы чего творите? - обескураженно поднимает брови капитан.

— Выходите!

— Нормальное кино... - забирает пачку сигарет со стола. - Пять минут у Вас. На выяснение.

— А это каким-то регламентом ограничено? Покажите, пожалуйста, документ! - дрожит от волнения мой голос.

— Вообще-то мы с Вами, на одной стороне, как вас там - Наталья Антоновна! Берега не путайте.

— Я - на стороне детей. Если Вы не на их стороне, то и со мной - по разные.

Закрываю за ним дверь.

Сажусь напротив мальчиков.

— Ну как Вы? - вглядываюсь по очереди в их лица.

У Феди оспинка на скуле. У его брата ее нет.

— Ты - Федор, ты - Семён? - уточняю я.

— Тёть Наташ, - наклоняясь над столом шепчет мне Федор. - Мы никаких показаний давать не будем.

— Почему?

Переглядываются.

— Мы ничо не знаем.

— Мне хоть не врите! - вздыхаю я.

— Мы если что-то скажем, - шепчет Семён. - Нас прикопают по тихой грусти...