Онлайн книга «Ничего не бойся! Твой Белый»
|
Разливают по второй. Я решительно отодвигаю свою пустую рюмку в сторону, не позволяя ее наполнить. — Нет! — Ух, взгляд какой! - одергивает горлышко бутылки Илья. - Вот что самогон животворящий делает. Ну ладно. Вторую пропусти. А третью - за любовь - сам Бог велел! — Бьянко за двоих выпьет! - мстительно щипаю его за бедро под столом. — Ай-яй! - шипит он, вздрагивая. Мужчины опять смеются, подшучивая на ним. Все уже поели, мужчины общаются... Эля качается на гамаке метрах в пяти от стола. Неприятные ощущения ожога наконец-то проходят. Но все вокруг словно плывет в мягкой неге. Лежа спиной на груди у приобнявшего меня Бьянко, прислушиваюсь к звукам вокруг. Мне кажется, все замедлилось... И даже птицы в небе летят заторможенно... И утки крякают медленно… Взгляд застывает на деталях, которые раньше не замечала. Я рассматриваю ладонь Бьянко, обрисовывая линии пальцем, пока они там разговаривают. Закрывая глаза, в порыве чувств прижимаюсь губами. Смещая ладонь ниже, он обводит большим пальцем мои губы. Нечаянно встречаюсь взглядом с внимательно наблюдающим за мной Макаром. Смущаясь, не знаю, куда деть глаза. И, по-детски, наверное, кладу расслабленную ладонь Бьянко на них и прижимаю. Всё, меня нет... Мне хочется поплакать от всего, что переполняет меня. Но я не хочу своими истериками портить всем вокруг этот вечер. И стараюсь, дышать глубже, чтобы не расплакаться. Третью Бьянко и правда выпивает за двоих! Я с ужасом двигаю к нему блюдце с лимонами. Но вместо них, он ловит мои губы, целуя при всех нахально и глубоко. Пискнув, подчиняюсь его губам, чувствуя привкус орехов, меда и немножко спирта. И я забываю обо всем плохом. Наши улыбки сбивают поцелуй. — И не смотри на меня так, - бросает он упрямый взгляд на Макара. - Это наш "Стокгольм" и нам в нем круто! — Да не смотрю я "так"... - с улыбкой закатывает глаза Макар. Я забываю, что сержусь на Бьянко за самогон, утыкаюсь носом в его шею. Хочется его рук... И то, что мои ступни каким-то уже образом тоже греются на пузе спящей медведицы совершенно перестает меня беспокоить. Бьянко шепчет в ушко нежности. И глаза у него тоже чуть пьяные. Бутылка уже пуста... — Белый, а чего гитару-то не взял? — Забыл... — "Забыл"! - передразнивает его Илья. - Эх... Мне, вон, Марфа на ухо наступила. Я ж сам себе не спою. Хоть «акапеллой» что-нибудь бахни, что ли... — «Акапеллой» Анечка может! Детка... Сажусь прямо, растерянно оглядывая их лица. Петь? Первый порыв - категорически отказаться! Голос - как мое уязвимое место. Я так привыкла в плену у Варана. Как он обтекал слюной, желая услышать мой голос! Нет! Но... я больше не в плену. И здесь его нет. Здесь хорошие люди... — Что спеть? — Ну... - пожимает плечами Илья. - Такое... Чтобы порвало. Можешь? Зависаю взглядом в пространстве, отыскивая в себе самые любимые и разрывающие песни. Могу... (Саундтрек: «Там нет меня» Евгений Дятлов и Екатерина Гриневич) — "Там нет меня, Где на песке не пролегли твои следы, Где птица белая в тоске, Где птица белая в тоске кружит у пенистой воды..." Это не моя тональность и голос мой иногда срывается, расщепляя звук хрипотцой. Но это тоже красиво и пронзительно. И я продолжаю, глядя в пространство перед собой и улетая в строки. Только чувствуя, как трепетно сжимает мои кисти Бьянко. |