Книга Уязвимость, страница 85 – Янка Рам

Пальцы ласково рисуют на бедрах, размазывая сперму.

Сперму…

О, черт! — вдруг я осознаю, что вторые сутки не пью свои противозачаточные. Потому что они в сумке. И будильник-напоминалка стоит на телефонах. Один из которых я оставила в поезде. А второй — дома.

Я совсем сошла с ума от происходящего и забыла обо всем на свете!

Как я могла забыть?! Никогда я не забывала пить таблетки.

Разворачиваюсь, кусая в шоке губы.

— Я сделал тебе больно? — вглядывается внимательно.

Отрицательно качаю головой.

— Что тогда?

Как сказать? Ведь это же мои проблемы, по большому счету? Что-то я не верю, что Кирилл будет в восторге от таких перспектив. Да мы едва знакомы…

Вот так, наверное, и проверяется степень близости. Всё остальное — розовые очки. И близости — нет. Потому что я не могу это ему сказать сейчас. И оставляю свою панику себе, пытаясь скрыть ее глубже.

— Саш?…

Качаю головой, поправляя пуловер и обнимая себя руками, сидя на этом стеклянном столике.

— Не надо так делать, — гневно звенит его голос и я сжимаюсь еще сильнее.

Перехватывает руками моё лицо, его глаза не моргают.

— Говори…

— Мне нужна моя сумка… — отвожу я взгляд. — Там противозачаточные… Я забыла о них.

— Аа… — хмурится и успокаивается тут же. — Мы не предохранялись?

— Нет, — пропадает мой голос. — Извини.

— За что? Я не мальчик. И если я не надеваю презерватив, то готов к последствиям.

— А я что-то не очень… — сглатываю я.

— Да не волнуйся слишком, — грубоватая усмешка. — Вряд ли мне повезет настолько.

Еще один непростой день вместе. Мы как два инопланетянина… Молча изучаем друг друга. Но разговариваем только телами, взглядами и короткими фразами. Мне все время хочется вытянуть его на какой-нибудь разговор, но он очень осторожен и краток в своих ответах.

Сегодня ночью Кирилл работает. Не дома. И я решила, что еду домой. Он не настаивал, чтобы я осталась, пока его не будет.

В машине играет музыка. Между нами не случается пустых разговоров. Мы не болтаем. Мы оба не умеем болтать ни о чем.

Периодически меня погружает в тихую панику на счет таблеток. Но возобновлять прием в этом месяце уже нет смысла. Только с начала нового цикла.

Вот и сейчас я опять варю в голове эти таблетки.

— Саша, — сжимает он моё бедро на светофоре. — Не грузись.

Вероятность забеременеть конечно невелика. И, наверное, мне и правда не так уж и страшно теперь. Женщины в этом отражают мужчин. Если мужчина спокоен и не боится, и ее страх исчезает.

— Что будет, если я забеременею?

— Ребенок, — пожимает он плечами. — Ребенок у которого будет семья, если его мама на это решится. Но отец будет точно, Саша. Очень благодарный тебе за ребенка отец. Поэтому — особенно не грузись.

— Ладно, — сжимаю я его пальцы, лежащие у меня на бедре. — Ты хотел бы ребенка? Не сейчас, но…

— Я не уверен, что способен зачать ребенка. Но иметь такую женщину, как ты и не хотеть, чтобы она родила тебе ребенка? Сейчас… потом… время оно вообще ничего не меняет, Саша. Это всё глупости. Если ты встречаешь своего человека, ты чувствуешь это сразу.

— Я твой человек?

— Мой.

Он перехватывает мою кисть, прижимая к губам. Глядя в лобовое оставляет поцелуй и мы едем дальше.

В моей голове зудит много и других вопросов.

— Ты работаешь по ночам?