Книга Уязвимость, страница 144 – Янка Рам

Чокаемся.

— С Наступающим.

— Иногда, я сожалею, что ты тогда успел. Если бы ты не успел, твоя жизнь стала бы нормальной.

Вот именно поэтому все останется так, как есть.

— Мне не нужна нормальная.

— Но, поверь мне, я не повторю больше этого. Никогда я больше не сделаю так. Потому что я тебя очень люблю. Я не позволю тебе жить с чувством вины. Веришь мне?

— Почему ты об этом говоришь сейчас?

Арина поглядывает на часы.

— У меня есть для тебя подарок. Но я хочу, чтобы приехала Саша. Потому что он ваш общий. Можно я ей позвоню?

— Мы больше не вспоминаем Сашу в этом доме. Есть только ты и я. Хочешь дарить — дари.

— Идиот… — вздыхает Арина. — Она же любит тебя.

— Это явление временное. И надо признаться, во многом созданное мной искусственно. Так что…

— Ты не имеешь права ее отпускать. Это жестоко.

Знаю. Согласен. Я до сих пор не могу понять, что менее жестоко. Отпустить или нет. Но я точно знаю, что…

— Я не имею права выбирать из вас более уязвимую.

— Так все-таки “выбирать”? — прищуривается Арина.

Блять…

— Как мог я ее защитил. Выбор комфортной ей дистанции — это её право.

Опять смотрит на часы. Мне хочется выстрелить в эти часы. Потому что не смотря на то, что мозги мои в адеквате и понимают, что НЕ НАДО ей приезжать, совсем другой мой орган очень надеется. Нет ничего хуже надежды. За ней всегда следует разочарование.

Опять смотрит…

— Ну что ты на них смотришь?

— Жду новогоднего чуда. Должно же оно когда-нибудь и с нами произойти?

Делаю несколько глотков побольше. Потому что надо как-то засыпать. А мне не спится теперь без неё. К хорошему быстро привыкаешь…

— Дай мне пару колес своего снотворного.

— Она приедет и ты поспишь.

— Последний раз прошу, — стреляю в неё недовольным взглядом.

Мы чокаемся еще пару раз. Арина включает с пульта музыку.

Большая стрелка приближается к двенадцати.

— Так будешь дарить или нет?

— Можно, я тебя обниму?

Притягиваю ее плечи к себе. Она кладет голову мне на плечо. Слава Богу, гаптофобию мы уже как-то пережили. И ее не корежит больше от асексуальных прикосновений.

В порыве обнимает меня за шею сама.

— Ты мой единственный родной человек. Я всегда буду рядом, обещаю.

— Я знаю, — поглаживаю я ее по спине.

— И я знаю, что тоже нужна тебе. Со мной ничего не случится плохого.

— Надеюсь.

— Но я тебя очень прошу, дай мне почувствовать тебя счастливым. Я тоже хочу почувствовать это через тебя.

Отстраняюсь, хмуро заглядывая ей в глаза.

— Ты о чем?

— Я потратила львиную часть нашего НЗ, надо признаться.

— Что?!

— Купила себе квартирку в соседнем доме.

— Зачем?!

— Мои окна напротив. Первый этаж. Так что я точно не выйду в окно, — смеется она. — Ты хотел терапию для меня — это моя терапия. Езжай… Скажи в этот раз все правильно. Будь счастлив.

Мы слышим щелчок замка в двери. Он как выстрел. Сердце срывается в галоп.

Отставляю бутылку в сторону.

— С Наступающим…

Саша.

Очень нежная, щеки горят с мороза. И я вижу, что она вся встревожена. Пальчики нервно сжимают шарф.

— Я еще не опоздала? — ее вопрос не прямой, она с тревогой заглядывает в мои глаза.

— Как можно опоздать домой? — пожимает плечами Арина и стягивает подушку с дивана для нее, двигаясь, чуть дальше и освобождая место перед камином. — Мы очень ждали…

А я сижу онемев и не веря, что она это сделала.

— Я не успела купить подарки, — вздыхает Саша, садясь между нами. — Но один всё-таки будет.

Покусывая губы, Саша достает что-то из кармана.

— Вы будете мамой и папой. Поздравляю. Арина — крестной. А ты — самым настоящим.

Протягивает мне тест.

“Две недели”.

Тест…

На беременность…

Веду пальцем по жидкокристаллическому экранчику, не осознавая еще пока, что значит надпись.

— И я хочу любящую семью для него. Плевать, что она будет немного странная. Это все равно самое лучшее, что со мной случалось.

В моих ушах звенит, я сползаю на пол ложась навзничь. Саша, сжимает мою кисть. Мои пальцы больше не дрожат. Я кладу ее ладошку на губы и целую, закрывая глаза.

— А ты говорил, Кир, чудес не бывает. Ни черта мы с тобой еще не знаем…

Может от виски на голодный желудок, а может от чего-то гораздо более мощного я как будто плыву в невесомости.

— Держите…

Арина протягивает Саше сложенную бумажку.

— Это мой подарок.

— Что это? — разворачивает с любопытством Саша.

Вытягиваю у нее из рук. Свидетельство о разводе.

— Пойду я спать, — слышу в голосе Арины улыбку. — Завтра поедем за собакой Кир, ты обещал.

Киваю.

На моём плече появляется так необходимая мне для спокойного сна тяжесть и я вдыхаю тонкий, кружащий голову запах. Кончики наших пальцев, едва касаясь друг друга, танцуют медленный нежный танец.

— Я люблю тебя… — шепчет Саша, взрывая тонны моей брони своей трепетностью и обнажая мою уязвимость.

— Спасибо…

Конец