Онлайн книга «Уязвимость»
|
Сталкер. Кирилл… Внутри порхает нежным трепетным чувством от его подарка. От того факта, что он способен почувствовать меня настолько глубоко и дать именно то, что мне нужно. Картина прекрасна, пахлава поражающе лечебна своей сладостью и нежностью, он же… Никогда бы не помыслила, что можно быть настолько пораженной и очарованной совершенно чужим, незнакомым тебе человеком, которого ты никогда не видела даже в лицо, да и не общалась по большому счету! Который тебя (на секундочку!!) похитил и превратил твою квартиру в "аквариум"! И я не чувствую больше возмущения! Нет, всё так же он вызывает страх и неловкость. Ощущение неадекватности происходящего. И тем не менее… Спасибо тебе, сталкер, что ты был в этот момент со мной! И что сейчас, думая о том, что вернусь домой, я не болею от своего одиночества, я знаю, что ты за мной присматриваешь и тебе не плевать. Я больна… Ну и что. «Ну и что»!!! Это он так сказал, и я теперь это тоже очень остро чувствую. НУ И ЧТО. Я хочу, чтобы он оставался со мной и дальше. Очередные покупатели выходят. Слышу по перезвону колокольчиков. Но перезвон затягивается, а значит кто-то зашёл. Поднимаю глаза, чтобы поприветствовать, так и замираю с открытым ртом. Арина! — Саша, привет… — разглядывая книги идет она мимо. — Это тебе. На стеклянной витрине передо мной оказывается большой стакан кофе с трубочкой. — При-и-ивет… — растерянно тяну я. — Спасибо. Вот уж кого не ожидала… Во рту пересыхает. Арина очень тесно связана у меня с образом сталкера. Она для меня немножечко он. Часть его. И я растеряно наблюдаю за ней, пока она рассматривает книги. На моей витрине лежит открытая книга. Арина берет ее в руки, листает… — Ты читаешь? — Я… — Я хочу купить эту. — Достаю для неё с полки такую вторую. — Нет. Именно эту. — Хорошо. Это для Кирилла? Арина вздрагивает, поднимая на меня удивленные глаза. — Да. Это для него. Её взгляд пытливый и внимательный. — Ты плакала… Открываю рот, чтобы что-нибудь сказать, но как рыба захлопываю. На глаза наворачиваются слёзы от того, что мне так неожиданно ткнули внутрь, в больное место. Чувствую, как лицо горит и идет пятнами. И я просто пожимаю плечами. — Из-за мужчины? Не смей плакать, — холодно прищуривается она. — У тебя все хорошо. — На самом деле — нет. Но я не хочу это обсуждать. — А ты попробуй, иногда помогает. — Ты чужой мне человек! — Чем ты определяешь степень близости? — Чем… Не знаю… Степенью… ммм… открытости, доверия. Доверия и открытости мне. — То есть я стану тебе близкой, если доверю тебе что-то личное? Пожимаю плечами, не понимая из какой логики мы попали в эту точку разговора. — Я в теории… — неуверенно бормочу я. — Тебе легче доверять человеку своё личное, если ты знаешь нечто личное о нём? — Возможно… Зачем она это всё спрашивает? — Тогда выстрел дуплетом. Из одного створа по твоему доверию, а из второго по твоему ощущению, что у тебя всё плохо. Хочешь? — Ну попробуй… — Когда мне было столько, сколько тебе сейчас, я три года уже была в рабстве. — В каком смысле?… — В самом настоящем, Саша, — ее глаза приближаются к моим. — Без всяких романтических интерпретаций. В чужой стране. — Сексуальном?… — открываю я рот. — В том числе. И мы зависаем глаза в глаза, я вижу, чувствую, что она не врёт! Что там внутри у неё еще не зажило! И в моей голове звенит от ужаса чувствовать это. |