Книга Брак с гарантией, страница 3 – Янка Рам

Дама явно с диагнозом.

— Я сейчас полицию вызову! — угрожает с опаской.

— Это я сейчас полицию вызову, — утомленно смотрю на нее. — У меня право собственности на на эту... — тыкаю пальцем в направлении пола на каждое слово, — чертову... кухню!

Замечаю, что испачкал где-то руку.

Встаю, чтобы помыть.

— Это мой кран! — возмущенно вскрикивает она. — Я его устанавливала!

— Мне вырвать, свой поставить?

— Только посмейте! Всё, я звоню!

— Не утруждайтесь, "все здесь", — достает Никита корочки, показывая ей. — Мы точно не мошенники.

— Так вас еще и менты крышуют! Я в прокуратуру сразу пойду.

— И в психушку по дороге загляни, — бормочу недовольно, умывая лицо.

По инерции ищу взглядом полотенце. Не собираясь, конечно, пользоваться чужим. Просто по инерции.

Ирина выдергивает его у меня из под носа.

— Нет!

— И не собирался, — стряхиваю руки.

Капли летят на пол. И нечаянно попадают на какую-то мазню краской на холсте, которая лежала под полотенцем на кухонном столе.

Она возмущенно ахает, сгребая и картину.

— Мужики называется! — обиженно. — Пришли три здоровых лба к девушке...

Лбы мы и правда здоровые. Особенно Саяновы. С детства богатырской комплекции — два на два. В косяк не входят. Я на их фоне, конечно, скромнее. Да и со всем этим пиздецовым разводом высушился до голого рельефа. И еще мы все небритые как лесники.

— И прессуют!

— Да кто Вас трогает, любезная? — возмущенно застываю я.

— А вы вообще пьяный и корочками мне тыкаете! — на Ника. — От вас спиртным несёт!

— Я вам их показал, чтобы успокоить, вообще-то. И доказать, что Север не мошенник.

— Уходите. Все претензии через суд!

— Да с чего ради? Садись, разбираться будем, — показываю ей на стул.

Бросает взгляд на себя в зеркало, висящее на стене. Смущаясь, пытается пригладить поспешно свой абажур, а все остальное удержать под мышкой второй руки.

— Нет! Я вас боюсь.

— Брейк, — объявляет Добрыня. — Походу, вас обоих поимели. Ирина Алексеевна, можно я еще разок взгляну?

— Нет... — прижимает крепче к груди бумаги.

Бесит.

— Добрый... Ник... Что-то у меня терпения на мадам не хватает. Пусть пока осмыслит.

Машу им головой на выход из кухни.

Уходим на мою половину, в комнату.

— Черная полоса — она такая... — зло швыряю документы. — Про все сразу!

— Идионина! Зайдите.

Схватив кофту и рюкзак со стула в коридоре, захожу в кабинет.

В рюкзаке все мои документы. Не рискнула оставить дома. Двери на мою половину теперь нет. Заходи, бери что угодно! Мало ли что этим мошенникам в голову взбредет, да?

Вообще, кроме документов брать у меня нечего. Все вложено в этот дом. В половину дома, вернее. Мне срочно нужно было купить какой-то угол, чтобы комиссия по опеке отнеслась к моей кандидатуре более благосклонно. Выбор был невелик на мои деньги. Либо однокомнатная в жопе мира. Либо половина сильно немолодого дома в центре. Но здесь свой двор. А у меня же Васька... Он котёнок уличный, ему будет в четырех стенах очень тяжело. И я выбрала дом. Там качели и мангал.

— Здравствуйте!

Присаживаюсь к столу детского психолога, пытаясь держаться дружелюбно и уверенно.

Я даже одета сегодня "прилично", потому что в прошлый раз мне намекнули, что это повлияет на решение совета.

Расправляю длинную юбку.

— Здравствуйте... — тяжкий долгий вздох.