Книга Причём здесь любовь, страница 92 – Сара Лис

Мы прошли на кухню. Я встретила его взгляд, протянула руку и переплела мизинец — наш узел. А он выдохнул, словно тяжкий груз скинул.

— Ну, Виктор, идите мыть руки. А ты, Лена, накрой на стол. Суп ещё горячий. Виктор, вы где остановились? — спросила бабушка деловито. — Я номер в гостинице неподалёку сниму. — Ещё чего. Место есть. На диване у Виталика в комнате ляжете. — Поместимся, — отозвался из комнаты Виталик. — Я в больнице до позднего, не помешаю. И да, я — Виталик, брат Лены, — он показался в дверях и протянул руку. — Рад знакомству.

Витя выглядел уставшим. Он сидел за круглым столом и неторопливо ел горячий суп.

Я смотрела на Куликова и видела нового Витю. Он разговаривал с бабушкой, отвечал на вопросы о себе и бросал на меня частые взгляды. Я молчала, почти не слушала, рассматривая его словно впервые: отросшую стрижку, тонкие волоски сзади на шее; родинку за ухом — которую раньше не замечала; рельефные предплечья и крепкие руки. Он такой незнакомый и такой родной.

Во мне проснулось новое и неизвестное мне ощущение, с которым ещё предстояло разобраться. Пока я просто фиксировала реальность: Куликов Витя у бабушки в гостиной — и ест суп.

На одной из сессий с Германом я наконец вслух произнесла то, что давно вертелось на языке: — Мы с Витей как будто играем в «почти». Мы вроде друзья, но… — я поискала слова. — То флиртуем, то целуемся, и оба делаем вид, что это несерьёзно или этого не было. — И как вам такой формат? — спросил Герман. Я задумалась: — Раньше было легче притворяться, что мне всё равно. Теперь — нет. Я не хочу новых отношений как таблетки от одиночества. Хочу… по-настоящему. И боюсь.

Тот ноябрьский поцелуй — назло Мартыновой — отозвался во мне сильнее, чем я ожидала, и я испугалась. Ведь у меня был Женя. Потом клуб и его Барби — я сдулась, на её фоне чувствовала себя неуверенно и решила, что всё испортила. Но когда я рассказала про ДПДР, он не отдалился — согрел и поддержал. Я тянусь к нему и не хочу притворяться, что мне всё равно.

Я застилала Вите диван, а он вставлял одеяло в пододеяльник. Вдруг он накинул на нас полотно и притянул к себе.

— Булка, я чуть с ума не сошёл, — прошептал он в темноте. — К родителям твоим ездил. Почему ты не написала, не предупредила? — Вить, я не думала ни о чём. Я просто проснулась утром и поняла, что вокруг туман и я оглохла. Прости. — Не извиняйся, — он качнул головой. — Просто… предупреждай, пожалуйста. Я обещал, что поеду за тобой. Я тут.

Он укрыл нас одеялом, как коконом. В темноте я нашла его руку, переплела пальцы. — Подожди, — сказала я. — Я хочу…

Поднялась на носки и поцеловала его первая. Витя ответил, мягко прикасаясь губами, бережно и невесомо лаская мои. Это было волшебно, но пока рано. Я отстранилась, коснулась его лица.

— Не хочу торопиться. Пока без решений. — Хорошо, — тихо сказал он. — Как ты решишь.

И обнял меня. Мы стояли посреди комнаты и впитывали нашу тишину. А я вдыхала его и грелась.

Потом снова взялся за пододеяльник. Мы смеялись негромко, как дети, и поглядывали друг на друга украдкой. Витя смотрел уже иначе, без настороженности, спокойно.

Мой принц.

Ночь после его приезда я почти не спала.

Дом бабушки слегка потрескивал — дышал, батареи старого образца шумели, Виталька тихо сопел на диване рядом. Вроде всё как всегда. Только внутри — нет.