Книга Старый новый кот, страница 15 – Евгения Малинкина

Ещё совсем недавно она не знала, как пользоваться своей интуицией и ощущениями, которые появлялись будто из ниоткуда. Просто пришло время, как непременно сказал бы Вася, если бы сейчас услышал её мысли.

Медиум Серафима, с которой она познакомилась несколько лет назад^[4], как-то поведала о каналах, которые откроются у Даши один за другим, если она будет их использовать во благо и развивать. Поначалу Даша не поняла, как её разговоры с котом могут служить во благо чего бы то ни было. Разве только во благо кота. Но разговоры с котом привели к завершению истории, тянущейся ни одну сотню лет^[5], и освобождению её самой от морока и помешательства. Эти разговоры и послужили открытию других способностей, дремавших в ней и ожидающих своего часа.

Даша стала видеть души и параллельную реальность, но это скорее пугало её и расстраивало. Очень сложно смириться с тем, что говорящий с тобой человек — не человек вовсе, а душа или существо из параллельной реальности.

От Серафимы Даша узнала о существовании практик, которые позволили ей упорядочить общение с параллельным миром. Теперь, чтобы услышать тонкий мир, ей нужно было настроиться и войти в особое состояние.

Иногда иная реальность заставала её врасплох, но чаще всего это происходило, когда Даша чувствовала эмоциональную незащищённость или была расстроена. По этой же причине она могла совсем не слышать и оставаться глухой к параллельному миру.

Когда Даша задумывалась о человеке, изображённом на фотографии, она могла ощутить его присутствие, используя внутреннее зрение, а затем и другие чувства. Обострялся слух — время от времени она могла слышать голоса. Зрение тоже становилось каким-то другим: она начинала видеть тонкие оболочки, а предметы вокруг приобретали сочные цвета. Нос улавливал запахи, которые возникали из ниоткуда, словно доносились из параллельного измерения. Во рту мог появиться вкус сливочного мороженого или горького табака — как отражение происходящего в тот момент, когда был сделан снимок. Но эти ощущения не оставались с ней надолго, они мелькали и исчезали, словно кадры киноплёнки.

Тяжелее всего чувствовался запах смерти. Даша сталкивалась с ним несколько раз: тошнотворный, гнилостный, от которого было сложно избавиться.

Однажды Даше попались фотографии человека, которого разыскивали родные. Это получилось случайно. Она ждала шефа в его кабинете, была расстроена, потому что у Тима поднялась высокая температура, и хотела взять несколько дней, чтобы побыть с ним. Даша ходила по кабинету взад и вперёд, готовая, предупредив шефа, скорее мчаться домой. Она остановилась перед фотографиями, которые висели на доске после совещания. Человек на снимках перед её носом был самый что ни на есть живой, но Даша почувствовала запах гнили и разложения, исходящий от фотографий. Тот, кого ищут — мёртв!

Ощущения были настолько острыми, что она поделилась своей догадкой с шефом. Егор Андреевич отнёсся к информации скептически, но через некоторое время уже специально попросил её посмотреть на фотографию пропавшей женщины. Даша сначала ничего не почувствовала и попросила шефа дать ей снимок на некоторое время, чтобы она могла сосредоточиться. Она закрылась в переговорной и попыталась настроиться, как её когда-то научила Серафима. Медитировать не всегда получалось, потому что Даша, как все матери с маленькими детьми, страдала недосыпом и могла заснуть даже стоя, от чего медитация часто заканчивалась сном. В тот раз у Даши всё же получилось настроиться, и только она взяла в руки снимок, как почувствовала сладко-гнилостный запах крови.