Книга А что же будет со мной?, страница 63 – Джеймс Хэдли Чейз

Точку невозврата я уже миновал.

Я посмотрел в иллюминатор и увидел огни Парадиз-Сити, расплывающиеся вдалеке, затем померк и Майами. Я смотрел, пока оба города не скрылись в морском тумане, и я понял, что видел все это в последний раз.

Обеспокоенный собственными мыслями, я вернулся в кабину пилотов.

Поглядев на альтиметр из-за плеча Берни, я увидел, что он набирает высоту.

— Еще десять минут, – сказал Гарри.

Берни набрал высоту двадцать пять тысяч футов и перешел в горизонтальный полет.

— Гарри, поговори с Фредом, – сказал он осипшим голосом. – Меня трясет.

Мы с Гарри переглянулись. Он удивленно поднял брови.

— Не выдумывай, Берни, – сказал я, опуская руки ему на плечи. – Это же была твоя идея. Ты и действуй.

Он сбросил мои руки и утер вспотевшее лицо.

— Слушайте, парни, а нам точно это надо? – спросил он. – Пока еще есть время развернуться. Нам точно надо?

— Да что ты несешь? – рявкнул Гарри.

Берни беспомощно пожал плечами.

— Да. – Он повернул побелевшее лицо ко мне. – У нас получится, Джек?

Мне вдруг захотелось сказать ему, чтобы разворачивался, но, пока я сомневался, Гарри взял микрофон.

— Фред! – Его голос пронзительно звенел. – У нас беда. Горят два левых двигателя. Проклятые огнетушители не работают! – Я услышал крики диспетчера. Гарри перебил его: – Будем приводняться. – И он выпалил в рацию: – Снижайся, Берни!

Берни, подчиняясь, словно зомби, опустил нос самолета, и мы заорали, устремляясь к морю.

Гарри убрал микрофон.

— Ну вот, – сказал он. – Как прозвучало?

— Я сам почти поверил. – Я чувствовал, что меня потряхивает. Миг колебания определил мое будущее. – Могу поспорить, Фред с ума сходит.

Я смотрел на Берни. Он начал переходить в горизонтальный полет. Мы были теперь в восьми сотнях футов над морем. Он опустил машину еще ниже. А потом, когда мы спустились на триста футов и я уже видел волны, он взял курс на Юкатан.

— За это надо выпить.

— Да, принеси мне колу, Джек, – сипло произнес Берни.

— И мне, – сказал Гарри.

Я оставил их и пошел в кухню, открыл холодильник и достал три бутылки колы. Когда я начал колоть лед, голос у меня за спиной мягко произнес:

— Привет, Джек!

Я уронил контейнер со льдом в раковину.

Этот голос я узнал бы где угодно. Оборачиваясь, я ощутил, как кровь отхлынула от лица.

Улыбаясь мне, в дверном проеме кухни стояла миссис Виктория Эссекс.

Я смутно сознавал, что пол под ногами вибрирует, и это означало, что Берни выжимает максимум.

Все тело прошиб холодный пот. Сердце перестало биться, а потом понеслось вскачь.

— Удивлен? – засмеялась миссис Эссекс. – Ты же сказал, что это невозможно. – Она снова засмеялась. – А для меня это означает брать на слабо: нет ничего невозможного… и потому я здесь. Сколько продлится испытательный полет?

Я пытался ответить, но во рту пересохло, а из-за бешеного сердцебиения я едва дышал.

Я просто стоял и смотрел на нее разинув рот.

— Джек! В чем дело? Разве ты не рад?

— Что ты здесь делаешь? – Мой голос походил на карканье.

Ее прекрасные брови хмуро сошлись к переносице.

— Что я здесь делаю? Это же мой самолет! О чем ты вообще?

— Как ты попала на борт?

— Да какая разница? Сказала старшему механику, что полечу с вами.

Я вспомнил хитрую ухмылку Томпсона.

— Это же испытания. – Я уже справился с потрясением и лихорадочно соображал. – Мистер Эссекс будет рвать и метать, если узнает, что ты была на борту. Это же опасно.