Книга Возвращение домой, страница 131 – Джон Соул

Молли, ощутив перемену, произошедшую в нем, съежилась.

— Я боюсь, — прошептала она.

Кевин направился к двери.

— Не бойся, — прошептал он сдавленным голосом. — Все будет хорошо. Я никому не позволю обидеть тебя.

— Ты обещаешь? — спросила Молли, запинаясь.

После длительного молчания Кевин, выходя из комнаты, произнес только одно слово:

— Обещаю.

Вернувшись в свою комнату и закрыв дверь, он понял, что солгал Молли.

Он не сможет сдержать обещания, которое только что дал.

Кевин Оуэн проснулся с восходом солнца. И сразу понял, что он болен, так болен, как никогда в жизни.

Он чувствовал себя еще хуже, чем когда был среди холмов вместе с Джеффом вчера утром, и внезапно…

Что же произошло тогда?

Что вырвалось изо рта Джеффа? В его памяти сохранился только смутный образ темного тумана, напоминающего черный дым, который сразу охватил его голову.

На долю секунды ему показалось, что его кожа пылает огнем, и затем — как и сейчас — он почувствовал себя тяжелобольным.

Кевин лежал на постели в ледяных объятиях лихорадки, и его кожа была покрыта холодным потом. В дополнение к лихорадке, сотрясавшей тело, его мучил голод.

Животный, непереносимый голод.

Но он был почти уверен, что, если съест что-то — даже совсем немного, — его немедленно вырвет, потому что к горлу подступала тошнота.

Он лежал, дрожа под одеялом, молясь, чтобы лихорадка прошла, но в дополнение к лихорадке, которая так и не отпускала его, голод становился все сильнее и сильнее.

Он должен поесть — если не поест, то немедленно умрет!

Отбросив одеяло, Кевин оделся и спустился на кухню, где, осмотрев содержимое холодильника, начал с остатков от ужина, который Карен приготовила прошлым вечером, а затем принялся есть все, что попадалось под руку.

Разорвав упаковку с жирным беконом, он запихивал в рот сырые полоски жира и глотал почти не жуя.

Вначале жилистая жирная масса вызвала у него приступ тошноты, но ему удалось преодолеть его, и он продолжал пожирать все, что ему удавалось найти, до тех пор, пока ужасное чувство голода не стало слабеть.

Но как только острые приступы голода миновали, в нем начало нарастать другое желание. Желание, с которым Кевин боролся вчера.

Сейчас оно вернулось в еще более мощной форме, и он понял, что сегодня будет не в силах противостоять ему.

Это было желание вернуться на холмы, в пещеру, которую никогда не видел до вчерашнего дня.

Вернуться к Джули.

Но почему? Какая сила тянула его к ней?

И хотя не имел ни малейшего представления, что это была за сила и каким образом она овладела им, Кевин понимал, что бороться с ней бесполезно.

Он направился к задней двери, но потом остановился.

Когда вся семья проснется, Молли спустится вниз…

Обещание, которое он дал девочке, удерживало его. С трудом преодолевая желание немедленно выйти из дома и вернуться в пещеру, он быстро подошел к телефонному столику и написал записку в блокноте, который всегда лежал рядом с телефоном: «Отец! У меня возникла идея, где искать Джули. Вернусь к обеду».

Кевин перечитал записку и прикрепил ее к холодильнику магнитом. Отойдя от дома на пятьдесят ярдов, он оглянулся.

Несмотря на то что написал в записке, он был совершенно уверен, что не вернется домой к обеду.

Теперь он был полностью уверен, что не вернется назад, так как при виде золотисто-коричневых холмов, раскинувшихся перед ним, его охватило неизведанное ощущение.