Онлайн книга «Винсент Иванович»
|
— Можно было бы еще поговорить. Да времени нет. По рукам. — По рукам. Завизировав сделку рукопожатием, владелец бара осклабился всеми своими вставными зубами. И отсчитал необходимую сумму: как для покупки склада, так и для последующего личного пользования. В Америке я был недолго. Но уже успел выяснить, что все купюры банка США — в 1, 2, 5, 10, 20, 50 и 100 долларов — имеют одинаковый размер и массу. 6,14 на 2,61 дюйма по длине и высоте, и вес каждой бумажки ровно 1 грамм. Значит, пачка из 100 банкнот (10 тысяч долларов) — 100 граммов, не считая резинки, которой ее перевязали. Ну а 50 тысяч долларов — это полкило полезной массы! Я держал в руках ровно столько, сколько должен был вернуть «семье» в счет долга. Совпадение? Или очередная проверка? Как было с Фортуной. Как-то слишком вовремя Тони подсуетился. И что я о нем знал вообще? Тони был бывшим уголовником, отсидевшим десять лет за вооруженное ограбление. А потом ушел на покой, превратившись в менеджера средней руки в сфере общественного питания. Но, видно, еще не до конца отошел от прежней жизни, промышляя чем-то по старой памяти. Соответствующее досье мне, наконец, подкинула память Винни. Как говорится, лучше поздно, чем никогда. На следующий день я стоял перед дверями склада на окраине Бронкса. Без Джорджи, который снова загулял с какой-то девицей невысокой социальной ответственности. Я же проходил боевое крещение — впервые — в одиночку. На мне был костюм Винсента — слишком свободный для моего прежнего роста и комплекции, но даже стильный по меркам 70‑х. В кармане — пригоршня долларов и пистолет, который я надеялся не использовать. Винни был не силен в умственной деятельности, но умел размахивать кулаками и нравился бабам. А мне приходилось соответствовать. Хозяин склада, седой и… хромой ирландец, открыл дверь с недоверчивым взглядом. — Ты от Тони? — спросил Джек с порога. — Я уже сказал: не продам. А я улыбнулся. Но не ухмылкой громилы, а той улыбкой, которой успокаивал истеричных супругов в кабинете психологической поддержки. — Джеки, я здесь не угрожать. Я здесь… поговорить. Я сделал паузу, позволив собеседнику рассмотреть мое лицо со шрамами, подбитой где-то губой и еще не до конца зажившим синяком под глазом, а также мускулатуру, просматриваемую даже под одеждой. — Вы знаете, что бывает, когда люди отказываются от предложения «семьи»? — продолжил я мягко. — Но вы также знаете, что умные люди всегда смогут договориться. И мы с вами, надеюсь, также сможем прийти к разумному решению, устраивающему обе стороны. Хромой Джек нахмурился: — Это к какому? — Боюсь, для того, чтобы его озвучить, мне придется войти внутрь. Ирландец без особой радости впустил меня на склад. И мы заперлись в комнате, где обычно сидел сторож. Последний теперь нервно ходил снаружи, как бедный родственник, ожидающий, когда его, наконец, пустят на порог. — Ты продаешь склад за… тридцать тысяч долларов. Это на десять тысяч меньше, чем предлагал Тони. Потому что первое предложение истекло. А третье… будет еще меньше. У нас, знаешь ли, такой аукцион, только наоборот. Каждая ставка меньше предыдущей. Джек посмотрел на меня как на умалишенного. Он же говорил: не продаю… Но я следовал собственной логике: — Зато деньги ты получаешь сегодня. Вот прямо сейчас. Наличными. — Я достал увесистую пачку и, методично муслякая пальцы, отсчитал нужную сумму, остальное положив обратно в карман. — Вместо походов в банк и к нотариусу. Вместо заполнения кучи бумажек. Тридцать на руки. — Эту сумму я держал сейчас в своих руках. |