Книга Не отступать и не сдаваться. Том 4, страница 32 – Алим Тыналин

Я улыбнулся и тоже хотел ее обнять.

— Ну вот видишь, ты сама не заметила, как заговорила терминами из автогонок. Дорога, старт, скорость. Похоже, что мне все-таки суждено поучаствовать в этих гонках.

Маша тогда отпрянула от меня. Потом покачал головой и сказала:

— Нет, Витя, я так не могу. Ты меня не слушаешь. Я хочу тебе как лучше, а ты все равно идешь на поводу своей лени. Извини, но мы пока не можем общаться. Уходи. Пока ты не сможешь вернуть свое серьезное отношение к тренировкам, ты не можешь появляться в этом доме. Мой дед сказал бы тебе то же самое.

И она выставила меня, выставила, как нашкодившего котенка. Я тогда тоже вскипел от ярости и ушел, даже не стал мириться. И вот поэтому после этого все это время до моего отъезда мы с Машей не общались. Я не звонил ей, хотя мне было трудно не делать этого и она тоже не звонила мне.

Впрочем, тренировки и последующее переоборудование машины и так отнимали у меня все время. Кроме того, теперь я больше времени проводил дома, почти все вечера, делал со Светкой уроки и играл с Чернышом. Тетя Галя тоже частенько заезжала к нам и помогала готовить ужин.

Между тем, для подготовки автомобиля к гонкам и в самом деле пришлось внести в его конструкцию существенные изменения. Модернизировать пришлось и салон машины, ее двигатель и ходовые характеристики.

Чтобы найти грамотных мастеров, пришлось потрудиться. Впрочем, поскольку Славка Карпеев уже не впервые варился в автогоночном мире, у него уже имелись знакомства среди автослесарей, занимавшихся такими делами. Но найти мастеров все равно оказалось трудным делом.

Когда мы вышли на одних умельцев, оказалось, что они завалены заказами на месяцы вперед. Другие тоже были заняты. Третьи вообще отказались сотрудничать с нами по непонятными причинам. Славка потом выяснил, что они сами готовят машину для отправки на гонки и поэтому, конечно же, не хотели плодить конкурентов.

Наконец, после многочисленных попыток, мы нашли подходящих мастеров. Они и проделали всю работу по подготовке моей ласточки к гонкам. При этом, как я понял, они действовали по правилу, что самая хорошая запчасть в гоночном автомобиле — это та, которая не мешает разогнаться, поэтому они вытащили из машины все, что только можно было убрать.

«Волга ГАЗ-24» вообще-то не самая подходящая машина для того, чтобы гонять на ней по извилистой трассе. Маневренности, честно говоря, совсем маловато. Она больше походила на громадную и неповоротливую баржу, чем на юркую и проворную яхту. Но зато двигатель ее и количество лошадиных сил в нем давали возможность развить невероятную для нынешних времен скорость.

Все, чего можно было достичь, в основном, заключалось в следующем: это самый мощный форсаж двигателя путем увеличения оборотов и степени сжатия, облегчение веса автомобиля за счет безжалостного выкидывания всего ненужного, зажатие подвески, чтобы достичь еще большей устойчивости машины и разварка колесных дисков под широкие шины.

Кроме того, от своих щедрот мастера предложили сделать на кузове не совсем нужные и непродуманные аэродинамические ухищрения, вроде «юбок», молдингов, «фартуков» и антикрыльев. Все эти приспособления они вытащили из фотографий из модных западных журналов и настаивали на том, что их обязательно нужно произвести, иначе машина не выиграет даже первого круга.