Книга Не отступать и не сдаваться. Том 1. Том 2, страница 74 – Алим Тыналин

Я козырнул кончиками пальцев, выразил почтение именитым соперникам. Да, я в свое время не успел добраться до таких высот.

— Сегодня что, день избиения Виктора Рубцова? — ядовито спросил я, тоже подходя к рингу. — Может, вы просто пристрелите меня, как бешеного пса и не будете мучить перед смертью?

— Ты что же, боишься? — спокойно спросил Касдаманов, пристально глядя мне в глаза.

Вот это да, мне показалось, что он проецирует свои убеждения о страхах и их преодолении прямо мне в мозг. Я сразу вспомнил про взгляд тигра.

При желании даже маленький человек может успешно противостоять большому. Ладно, мы еще побарахтаемся.

Я пролез на ринг между канатами и окинул соперника более внимательным взглядом. Он был на полголовы выше меня. Мощные плечи, руки, как кувалды.

Волосы светлые, глаза голубые, черты лица крупные и мясистые. Богатырь, короче говоря. Былинный витязь. Глянул на меня разок скучливо, как на муху, ползущую по стене, отвернулся. Ну конечно, я для него не соперник.

Вообще-то, спарринг проводится не для того, чтобы победить соперника. Это учебный поединок. Здесь не место выяснению отношений. Главная цель — это отработка техники, выявление слабых мест, подъем боевого духа, получения опыта противостояния на ринге.

Впрочем, серьезные зарубы тоже бывают. Например, когда тренеры выясняют, кто поедет на соревнования. Берут того, кто показал лучший класс. Но даже и тогда дело редко заканчивается нокдауном и тем более нокаутом. Кроме того, обычно на спарринг выставляют равных по весу бойцов.

Вдобавок, надо учитывать, что по статистике на таких поединках гораздо выше процент получения травм. Бойцы банально расслабляются и менее собраны, чем во время реальных боев.

Могут ударить от души или, наоборот, пренебречь защитой. Тренеры частенько не доглядели. Поэтому в спаррингах риск получения травм составляет семьдесят процентов, против тридцати процентов в боях за титул.

И, судя по всему, сегодня мне тоже предстоит получить много травм. Вряд ли ученики Касдаманова будут со мной нянчиться.

Все мы в боксе уже не новички. Можно сегодня и повеселиться от души. Правда, если при этом совсем забыть об осторожности, то можно заработать сильную травму. А это перечеркнет все надежды на титул.

О чем, интересно, думал Егор Дмитриевич, когда ставил против меня этих монстров? Ладно, если уж они войдут в раж, то я постараюсь сохранять контроль. Если станет совсем жарко, то лучше признать поражение, чем заработать травму.

Правда, при этом я чувствовал, что Касдаманов тоже не погладит по голове, если я сдамся. Короче говоря, куда ни кинь, всюду клин.

В то же время, благодаря прокачивающим убеждениям, которыми последнее время потчевал меня тренер, я бодро чувствовал себя. Кроме того, недавно я покорил красавицу, а осознание этого всегда окрыляет мужчину.

Поэтому я поднял перчатки и позвал Игоря:

— Ну, давай, малыш, иди сюда, не бойся.

Разозлить богатыря было трудно, но мне удалось сделать это. Он нахмурился, встал в стойку и направился ко мне. Наверняка хотел вбить в настил по шею, как молотом.

Я подозревал, что Игорь по своей сути мощный атакующий боец. С его габаритами это несложно. Защиту он держал небрежно, не очень опасался меня. И приготовился к тому, что я буду бегать от него по всему рингу, как неуловимый мститель.