Книга Не отступать и не сдаваться. Том 1. Том 2, страница 227 – Алим Тыналин

Вскоре появился Мишка и даже Паровоз. Они сказали, что мои секунданты и только поэтому их пропустили. Мишка помог надеть перчатки.

Сегодня он был более спокоен, чем обычно. Видимо, уверовал в мои силы и знает, что я смогу победить.

— Ну, давай Витя, — сказал он, когда меня позвали на выход. — Уложи его на настил. Пусть поваляется, подумает о своем поведении.

Я вышел из комнаты и направился к залу. Крики зрителей, ожидающих очередного боя, сразу заполнили уши. Козловский, против обыкновения, вовсе не торчал в коридоре, поджидая меня. Тоже, значит, уверен в моем успехе?

А если я проиграю? Я поежился, уже подходя к главному залу. Разве такое можно допустить? Если это произойдет на глазах еще и небожителей с политического Олимпа, моя карьера будет навсегда перечеркнута.

Они наверняка не простят мне поражения. Даже несмотря на все мои прошлые победы. Ох, и велик же груз ответственности. Я как будто физически ощутил, как он давит мне на плечи. Под такой тяжестью нетрудно и упасть.

Выйдя в зал, я направился к помосту, стоящему в центре. Как всегда, место огорожено канатами, внутри уже стоят ведущий и арбитр. Почти одновременно со мной из другого, противоположного конца зала появился Райнер Баумгартен.

Мы подошли к рингу и по знаку арбитра взошли на него. Ведущий объявил нас по фамилиям и назвал основные характеристики, в том числе вес и количество выигранных боев.

Мои пятнадцать боев выглядели крайне слабо на фоне сорока одного поединка, уже проведенных Баумгартеном. Он был чертовски опытным зверем, хотя и молодым, всего на год старше меня.

Как уже и говорили, он наверняка не только спарринговал с профессионалами, а наверняка и сам пробовал силы в этом виде бокса. Правда, драться с профи это совсем другое дело, чем драться с любителем. Там, где любитель пропустит тебя или не заметит твоей оплошности, профи мгновенно все увидит и разорвет на части.

Взобравшись на ринг, мы разошлись по своим углам. Я посмотрел на противника и поразился тому, как он двигается. Действительно, сущий робот или киборг. Как будто под кожей у него не мышцы и кости, а титановые сплавы и пластины. Если это действительно так, то его невозможно положить на канвас.

Я тряхнул головой, сбрасывая наваждение. Что за дурацкие мысли, передо мной живой человек, из плоти и крови. И сегодня я должен оторвать ему голову и попробовать на вкус его мясо. Иначе мне не видать чемпионского титула, как своих ушей.

Обычно я старался проникнуть в сознание противника. Иногда получалось, а иногда нет. Но в этом бою об этом трюке можно забыть.

Глаза Баумгартена неподвижные, как у робота. Холодные, расчетливые. Так и кажется, будто за ними в черепе не живой мозг, а счетная машинка. Или сверхмощный компьютер.

Я тряхнул головой. Хватит, Витя. Не страдай ерундой. Это живой человек, из плоти и крови. Сделай его, чтобы спокойно идти домой. Слишком многое поставлено на карту.

Мы сошлись в первом обмене ударами. Как всегда, начали с джебов. Я успел чуть быстрее, следуя своей доктрине активного начала. Пусть судьи видят, что я начал первый. И сразу поймут, кто тут хозяин на ринге, а кто гость.

Левый прямой. Потом правый. Баумгартен чуть наклонил голову, уперся ногой. Принял удары в свою защиту. В свои перчатки и повернутый в сторону корпус.