Книга Не отступать и не сдаваться. Том 1. Том 2, страница 146 – Алим Тыналин

Один раз Дикий даже споткнулся и упал на настил. Правда, тут же вскочил, но было ясно, что ноги уже не держат его от усталости.

Наконец, раунды закончились и судьи объявили победу. Я не особо удивился, когда рефери поднял мою руку.

Когда я спустился с ринга, Худяков порывисто обнял меня.

— Молодец, Рубцов, ты просто молодец, — сказал он. — Честно говоря, у меня были сомнения насчет исхода этого боя. Но ты каждый раз удивляешь меня. Как это мы раньше не замечали твоего таланта?

Я пожал плечами. Я слишком устал, чтобы спорить. С одной стороны, похвала так себе. Все-таки это как раз задача тренера, разглядеть будущего чемпиона.

С другой стороны, я разделял мнение, кажется, Эйнштейна, что талант — это девяносто процентов пота и десять процентов вдохновения. Расслабляться нельзя. Надо работать дальше.

Только теперь я понял Касдаманова. Сразу после победы надо снова идти в спортзал, а не в ресторан. Хотя сегодня я не отказался бы посидеть с Закоповым и Паровозом в кафе. Но нельзя. Никак нельзя.

Кстати, легки на помине. Худяков отошел к судьям и знакомым тренерам, а мои приятели вынырнули из толпы зрителей. Подскочили, хлопнули по плечу, с хрустом сжали мою ладонь в крепком рукопожатии.

— Молодец, Витька! — сказал Закопов. Лицо у него опухло после боя. Он уже успел победить в своем поединке. Хотя и видно, что бой у него тоже был нелегкий. — Тактика на высоте. Он сильный парень, сразу видно. Если бы ты с ним зарубился, он мог сделать из тебя фарш. А так ты его измотал, как быка на этой, как его…

— Корриде, — сказал я, улыбаясь. — Тебя тоже можно поздравить?

Мишка кивнул. Я крепко пожал ему руку. Глянул на Паровоза. Гигант стоял полусонный, широко зевнул, вытер глаза.

— Я не выспался, — сказал он. — Сегодня батя поднял ни свет ни заря. Сказал, опоздаешь на соревнования.

Димка Сазонов, он же Паровоз — потомственный боксер. У него отец и дядя, оба занимались боксом, оба кандидаты в мастера. Дед во время войны был разведчиком, тоже фанател по спорту и боевым искусствам. Батя сам привел Паровоза в секцию бокса. Каждый день спрашивал, как прошла тренировка, требовал, чтобы сын не пропускал занятия.

Это совсем другое дело, не то, что у меня. Когда Паровоз жаловался на строгий родительский контроль, я сказал ему, чтобы заткнулся. Он еще не знает, как ему повезло на самом деле.

— Ты уже тоже дрался? — спросил я с удивлением. По Димке и не скажешь, что уже провел поединок. — И как результат?

— У него тоже все на мази, — сказал Закопов.

Я пожал руку Паровозу, правда, с осторожностью. Он мог сломать кисть в своей здоровенной лапище. Спросил:

— Батя приходил?

Отец Паровоза, да и его дядя старались приходить на поединки сына и болели за него всей душой. Оба работали на деревообрабатывающем предприятии и отпрашивались с работы, чтобы поглядеть на успехи Паровоза.

Но сейчас Димка покачал головой.

— Не пустили его на работе. Какое-то ЧП, надо гнать план. Ну и хорошо, а то я волнуюсь, когда он приходит.

— Эх, Дима, ты даже не представляешь, как это классно, — вздохнул я с сожалением. — Когда твои родители болеют за тебя. Мои даже не спросили ни разу, как у меня все прошло.

Закопов помахал кому-то еще. На каждом соревновании он заводил множество друзей и приятелей.