Книга Оракул с Уолл-стрит 7, страница 121 – Алим Тыналин

Лодка «Морская чайка» ждала у пирса с работающим двигателем. О’Салливан помог погрузить захваченное оружие.

— Как дела? — спросил он.

— Восемь сицилийцев мертвы, арсенал захвачен, — ответил Маллоу. — Первый раунд за нами.

Лодка отошла от берега и направилась через залив к Статен-Айленд. За кормой взорвался склад номер сорок семь, красные языки пламени лизали ночное небо, а дым поднимался черным столбом.

— Денни, как рана? — спросил Маллоу у раненого Мерфи.

— Переживу, — ответил тот, перевязывая плечо куском рубашки. — Этот ублюдок промахнулся на дюйм.

Через полчаса они высадились на Статен-Айленд, где их ждали три автомобиля Ford. Захваченное оружие погрузили в багажники, раненого отправили к доктору Маккейбу.

— Отличная работа, парни, — сказал Билл Коннолли, когда они ехали через спящие улицы Нью-Джерси. — Настоящая военная операция. Марранцано поймет, что мы не беззащитные овечки.

Маллоу посмотрел на список, захваченный у сицилийца:

— Здесь планы атак на всех союзников мистера Стерлинга. Лучиано, Лански, Анастасия. Марранцано готовит массовую зачистку.

— Тогда босс должен их предупредить. И готовиться к ответному удару.

Рассвет застал команду в безопасном доме в Хобокене. Через окна были видны огни Манхэттена за рекой.

— Джентльмены, — обратился Маллоу к уставшим бойцам, — сегодня мы показали сицилийцам, что с нами шутки плохи. Но война только началась. Марранцано не простит уничтожения арсенала.

Билл Коннолли проверял автомат Thompson, захваченный в складе:

— Пусть попробует. У нас теперь больше оружия, и мы знаем их планы.

Майк Флэнниган смотрел на догорающий склад через бинокль:

— Красиво горит. Жаль только, что это не последний их склад.

За окном поднималось мартовское солнце, освещая город, где старый мир сицилийских традиций сражался с новой американской реальностью.

Два часа ночи. Конспиративная квартира на Мотт-стрит в самом сердце Литл-Итали казалась островком тишины среди спящего города.

Я поднимался по узкой лестнице с потертыми деревянными ступенями, которые скрипели под ногами несмотря на мои осторожные шаги. Запах чеснока и томатов из ресторанчика на первом этаже смешивался с сыростью старых стен и табачным дымом, просачивающимся из-за двери квартиры номер четыре.

Шон Маллоу шел следом. После нападения он не отходил от меня ни на шаг, превратившись в мою тень с настороженными глазами и быстрой реакцией профессионального бойца.

У двери нас встретил Альберт Анастасия собственной персоной. Массивный мужчина с квадратной челюстью и холодными карими глазами, он был одет в дорогой темно-синий костюм от портного с Пятой авеню, но под пиджаком угадывались очертания кобуры. Его рукопожатие было крепким, почти болезненным, рукопожатие человека, привыкшего решать проблемы силой.

— Мистер Стерлинг, — поприветствовал он меня с едва заметным бруклинским акцентом. — Рад, что вы живы. Слышал, сицилийские собаки пытались вас достать.

— Попытались, — ответил я коротко. — Но О’Мэлли жив, а их склад в Ред-Хуке превратился в груду пепла.

Анастасия усмехнулся, обнажив золотые коронки на передних зубах:

— Да, об этом уже весь город говорит. Марранцано, говорят, в бешенстве. Потерял двенадцать человек и склад стоимостью полмиллиона долларов. И что интересно после этого он отказался нападать на ваш особняк. Струсил старый лис.