Книга Оракул с Уолл-стрит 5, страница 71 – Алим Тыналин

— Конечно, мистер Стерлинг. Что-нибудь еще?

— Да. Подготовьте анализ биржевой паники 1907 года. Максимально подробный, с примерами конкретных потерь. Иногда исторические факты убеждают лучше абстрактных прогнозов.

Повесив трубку, я откинулся в кресле, глядя на вечерний город. Времени оставалось совсем мало.

История научила меня, что даже небольшие изменения могут иметь огромные последствия. Возможно, те сто с лишним миллионов долларов, которые удастся сохранить, станут основой для восстановления экономики после краха.

По крайней мере, я надеялся на это.

На следующий день, едва я закончил утренние встречи с клиентами, мне позвонил сенатор Эдвард Кларк. Его голос звучал напряженно, с той особой интонацией, которая в Вашингтоне означала серьезные дела.

— Стерлинг, мне нужно с вами срочно увидеться. Не по телефону.

— Конечно, сенатор. Когда вам удобно?

— Сегодня вечером. Семь часов. Клуб «Cosmos» на Мэдисон-авеню. Попросите показать вам в Зеленую комнату.

Клуб «Cosmos» был одним из тех закрытых заведений, где политическая элита встречалась для неофициальных переговоров. Место, где решались вопросы, которые никогда не попадали в протоколы Конгресса.

В семь вечера я подъехал к неприметному зданию из красного кирпича на Мэдисон-авеню. Швейцар, узнав мое имя, молча кивнул и провел через лабиринт коридоров, обитых темным деревом, к небольшой комнате в глубине здания.

О’Мэлли молча шел позади. Когда я вошел, он проверил помещение, убедился, что мне не угрожает опасность и остался в коридоре.

Зеленая комната оправдывала свое название. Стены были обиты зеленым бархатом, а тяжелые шторы того же цвета надежно скрывали от посторонних глаз происходящее внутри. Сенатор Кларк уже ждал меня, сидя в одном из кресел у небольшого камина.

— Стерлинг, благодарю, что пришли, — он поднялся, протягивая руку. — Позвольте представить: помощник министра торговли Джулиус Келлер и заместитель секретаря министра финансов Огден Миллс.

Келлер оказался невысоким полным мужчиной лет пятидесяти. Миллс, напротив, был высоким и худощавым, с аристократическими чертами лица и манерами потомственного дипломата.

— Джентльмены, — я пожал руки обоим, — честь познакомиться.

— Мистер Стерлинг, — начал Келлер, когда мы расселись, — сенатор Кларк рассказал нам о ваших необычных экономических прогнозах. Должен признаться, они вызвали определенный интерес в администрации.

Миллс открыл портфель и достал несколько документов.

— Наши аналитики изучили ваши публичные рекомендации за последние месяцы. Весьма консервативный подход для столь молодого финансиста. Можете объяснить причины такой осторожности?

Я понимал, что передо мной люди, имеющие доступ к самой секретной экономической информации страны. Нужно быть предельно осторожным в формулировках.

Оба чиновника выжидательно смотрели на меня. Ждали, что я скажу.

— Джентльмены, я изучал экономические циклы последних тридцати лет. То, что происходит сейчас на рынке, имеет поразительное сходство с ситуацией накануне паники 1907 года. Только в гораздо более угрожающих масштабах.

— Поясните, что вы имеете в виду, — попросил Миллс, достав блокнот для записей.

Я встал, подошел к карте Соединенных Штатов, висевшей на стене.

— В 1907 году общий объем маржинальных кредитов составлял около ста миллионов долларов. Сегодня эта цифра превышает восемь миллиардов. Увеличение в восемьдесят раз при росте экономики всего в три раза.