Онлайн книга «Очешуеть! Я - жена дракона?!»
|
— Юджин! — Черный такой на плече у цыганки той сидел. — Каролина. – Мрачно констатировала я. Где же Юджин, что они с ним сделали? Как он связался с этой компанией? Это все я виновата, не доглядела, где он там летает и проблемы себе ищет! Цьмок же добрый очень, и наивный, такого любая Каро облапошит. Хвост расчеперит перед ним, глазки состроит, а много ли ему и надо, птахелю моему? Вот уже и все, любовь до последнего зернышка у него! — Записочки еще тот попугай вытаскивал за медячок, с предсказаниями судьбы, - добавила дама. – Я тоже одно взяла. — Вот ты дурында, - захихикал Хи, шлепая себя по пузу. – Почто тебе, скажи, предсказание судьбы за медячок, коли у тя вся судьба не дороже грошика? — Молчал бы! – фыркнула она, задрав нос. – Тама написано было, что предстоят мне великие дела, борьба с Тьмой великою, вот! — Борьба у тя только с ночной тьмой, да и то – сходить ночью пожрать, да обратно дойти, не навернувшись, вот и вся недолга! — И что встречу нонче судьбу свою, цыганка сказывала. — Так скоко ж ты предсказанок-то тех прикупила? – бородатый хитро прищурился. – Иль там одно на цельный лист было? — Ну, два купила, и что ж? Велико дело! – дама всплеснула ручонками. – Тебе только бы считать, сколько я трачу! — Да какое там, ты так тратишь, что я и сосчитать наши грошики не успеваю, их фьюююють, и нету уж! — Так, хватит собачиться! – прикрикнула я. – На каком рынке это было? — Чо было-то? – Ха захлопала глазами. — Где облапошила тя цыганка, старое ты повидло! – подсказал Хи. — И ничего не облапошила! Как сам в кости денежку на хлебушек спустил, так забыл уже! — Нашла чо вспомнить, стародавние времена! И не в кости то было, а партия в картишки не задалася. Непруха, бывает. — А мне втирал потом, что дырочка у него в кармане появилася, Ха виновата, не заштопала, вот грошики и укатилися! — А ты и поверила, дуранда печеная! Не баба, а сорока, как увидит блестящее, аж дрожит вся и покупать несется! — Тихо! – рявкнула я, не выдержав. – У меня уже от ваших склок голова разболелась! — Так и ступай отседова, никто тебя не звал! – пробурчала дама без труселей. — Могу уйти, вместо меня полицейские придут, лучше будет? — Ладно, тогда оставайся, - торопливо закивала она. — Так на каком рынке вы купили этот ободок моего попугая? — Вот говорю ж, сорока, - заржал Хи. – Только ободок от попугая тебе и к лицу! — Ща она уйдет, я те устрою! – прошипела Ха, сжав кулачки. — Так что за рынок-то? – простонала я, покосившись на угоравшего со смеху Итана. — Помоги встать, как там тебя. – Дама протянула ко мне ручки. — Северина. – Я подняла ее на ноги. — Вся теперь провоняла соком этим, - она пошлепала себя по мокрым бокам. – Фу какое-то. — Зато теперь не такая противная, - Хи заводил носом. – В кои-то веки! — Не начинайте снова! – взмолилась я, испытывая дикое желание наподдавать им обоим. — Нежная какая, - фыркнула Ха и сжалилась надо мной наконец, - кароч, слушай, до речки напрямки пойдешь, там бедняцкий квартал, аккурат за ним лавка горшечника. Так вот ее обойдешь, увидишь кожевенную лавку, низом той улочки протопчешь до посудного магазинчика… — Да чего ты путь к горлу через зад ведешь, непутевая баба? – не выдержал крякающий с досады бородатый. — Намана я веду, не встревай! |