Онлайн книга «Очешуеть! Я - жена дракона?!»
|
Хотя, нет. Лицо нашего героя начало краснеть, щеки раздувались от натуги. А потом бочка спружинила от его надувшегося пуза и отскочила в сторону! — Ох, не можу боше, - признался бородатый, положив руку на шарообразное брюхо. — Не может он! – злорадно повторила дама. – Я вот тебе ща устрою, колбаса заплесневелая! Не выдержав ее трепыханий, труселя порвались, видимо, окончательно, и остались веселой розовой тряпочкой висеть на гвозде. Их хозяйка, шлепнувшись на землю, тут же подскочила, словно мячик. А через секунду этот мячик превратился в злобное пушечное ядро – которое с низким завыванием пошло на таран! И прямиком на бородатого! — Вот те раз! – подбежав, она со всей силы пнула его. – Вот те два! – вцепилась в бороду. – И еще! – отхлестала по щекам, подняв в сидячее положение. — Отой-ди! — Я те отойду! Ща как… - наша разбойница замолчала, так как из недр избиваемого мощной струей, которой позавидовал бы и кит, ударило переполнившее его золотистое содержимое. И аккурат ей в лицо, перекрыв путь красноречию. Когда фонтан «иссяк», оба упали на спины и сложили ручки на пузе. Мы с Итаном тоже уже держались за животики, настолько уморительны были эти незнакомцы. Им бы в цирке выступать, полнейший аншлаг собрали бы! — Вот, ик, дура-баба, ик! – высказался бородатый, лежа в луже, если судить по запаху – перебродившего яблочного сока. — На себя глянь, - отозвалась дама. – Повидло старое! — Хватит ругаться, - вмешалась я. – И не надоедает вам собачиться? — Неа! – глянув на меня, хором ответили спорщики. — Зря! — Ты кто, вообще, такая? – дама без труселей прищурилась. – Чего приперлася, скажи-ка на милость? — Меня зовут Северина. А вас? — Я Хи, она – Ха, - бородатый ткнул в ее сторону рукой. — Очень приятно, - проглотила смешок. – Мы… Но объяснить цель визита я не успела, увидев на пузе Ха цепочку с очень знакомым колечком. — Откуда это у вас?! – подскочила к ней и ткнула пальцем в него. — От неуемного аппетиту, - подсказал Хи. – Вечно что-то хомячит. Даже во сне челюстями шмак-шмак, будто жрет чего. А потом талию полдня ищет, куда сбежала от нее талия, хе-хе! — Нет, я про ободок! – присела перед ней на корточки и взяла его в руки. Так и есть, это золотой ободок Юджина, который я ему подарила, на лапку! Вот же, гравировка с его именем! — Ты царапки свои убери! – Ха подскочила. – Неча чужое лапать! — Чужое?! – разозлилась я. – Это не ваше! Откуда оно у вас? — Мое это! – ерзая на попе, дама начала отползать от меня, да так шустро, того и гляди, скоро не поймаешь. — Врете! – поспешила за ней, пока этот мячик не укатился туда, откуда потом и калачом с вареньем не выманишь. – Я сама гравировку ту заказывала! Там еще царапинка на последней буковке, я за нее скидку выторговала! Где взяли, говорите! Или полицию позову! — Чо сразу пугать-то? – Ха уперлась спиной в ноги зашедшего с тыла Итана и, оценив расстановку сил, со вздохом призналась, - купила я цацку эту самую. — Где? Когда? У кого? – я с надеждой вгляделась в нее. – Да не молчите же! Юджина спасть ведь надо! — Громкая ты какая! – дама поморщилась. - Седни, на базаре сторговалась с цыганкой. Она там по руке всем гадала. — А попугай? Попугай там был? — Попугай? – Ха сморщила лицо кукишем, задумавшись, потом просияла. – А, да, был! |