Книга Карающая длань, страница 73 – Елена Амеличева

— Это нечестно! – прошептала женщина, глядя на мой живот. – У меня никогда не будет ребенка от Глеба, а тебе Бог дал двойню! Как же так?.. – по ее щекам потекли слезы.

Я всхлипнула, оседая на снег. Силы кончились. Хочу умереть.

Горан подхватил меня на руки, и вскоре я почувствовала тепло кровати под спиной.

— Родная моя, любимая! – покрывая поцелуями лицо, шептал он. – Воздух мой, держись, умоляю!

— Она права. – Прошептали губы. – Это нечестно.

— Саяна, все будет хорошо, душа моя! – Горан всхлипнул.

— Почему я не умерла? Тогда Глеб остался бы жив.

— Не говори так, умоляю!

— Не хочу жить. – Глаза закрылись. – Отпусти меня. – Нужно лишь принять его – тот ласковый желтый свет, уйти с ним, в него, навсегда.

— Родная, сделаю все, чего ты захочешь. – Сквозь слезы прошептал Драган. – Но возьми меня с собой. Без тебя мне не жить.

— Это тоже нечестно. – Пришлось вновь открыть глаза и утонуть в боли – и своей, и Горана.

— Ты и наши малыши – ради вас я живу. – Мужчина накрыл горячей ладонью мой живот. – Без вас…

Я вздрогнула всем телом, когда боль – совсем иная, физическая, полоснула низ живота. По бедрам потекла горячая влага.

— Кровь! – ахнула я. – Мои малыши! Нет!

— Саяна! – Драган в ужасе смотрел на алое пятно, что расплывалось подо мной.

— Что же вы делаете?! – громыхнуло за спиной санклита.

— Сэмуэль! – облегченно выдохнула я, протянув к нему руку. – Умоляю, помоги!

— Ты только что была готова умереть. – Сурово глядя на меня, напомнил Архангел. – Ты отказалась от них. Ты сама убила их.

— Не хочу! – прорыдала я, чувствуя, как жизни детей уходят из меня. – Помоги!

— Вот вечно у вас так. То хочу, то не хочу.

— Помоги, умоляю! – Горан упал перед ним на колени.

— Встань. – Сэмуэль поднял Драгана и усадил на кровать. – Ты нужен ей в здравом уме, так что успокойся. – Он сел рядом со мной и положил ладонь мне на живот. – И ты успокойся, Ангел Жизни. Твои малыши в тебе.

— С ними все будет хорошо? – срывающимся шепотом прошептала я.

— Эти дети – благословение божье. – Благоговейно произнес Архангел и неожиданно изрек, – так что если больше фигню творить не будете, ничего плохого с ними не случится.

— Спасибо! – хором выдохнули мы с Гораном.

— А теперь отойди, санклит. – потребовал Сэмуэль и, когда Драган отошел к двери, обнял меня.

За его спиной засиял ослепительно белый свет, и через мгновение его мощь укутала меня, бережно баюкая, изгоняя боль, вливая силы и залечивая раны в душе. Все встало на свои места. Моя беременность была кровью в воде. Глеб – хищником, акулой. Пока малыши во мне – они смертны. Брат знал – убив моих детей, он убьет мою душу. Именно этого он и хотел. Я не дала этому случиться. И пусть груз убийства брата навсегда останется на моей совести, я знаю, что он не оставил мне выбора.

Но Глеб не сам пришел к этому. Его привели за руку – ту самую, что я видела на его татуировке с менорой. И те, кто это сделал, ответят за все.

Как только вхожу во Врата,Я чувствую волшебство.Оно уносит меня, уносит отсюда.Освети темноту,Подними меня отсюда ввысь,Подари мне свои крылья…Звезды, что на Небесах, лежат у моих ног.Within Temptation «Enter»

Ладонь с менорой. Я запомнила ее. И продолжила жить дальше. Самым главным были юные Драганы. Как бы ни было сложно, мне пришлось смириться с мыслью, что малышам сразу после рождения придется отнять человеческую жизнь, ведь они наполовину санклиты. Я могла лишь немного смягчить ситуацию, поэтому мы улетели на Бали, где жила мама Драгана, Руфь. Она как раз возглавляла общину людей, добровольно жертвующих свою жизнь санклитам.