Книга Преисподняя, страница 127 – Елена Амеличева

— Чего хохочете? – возмутился Арсений, увидев нас. – Подглядывают и ржут, ты посмотри на них! Сами попробуйте! Макила, давай ритм, как недавно показывала!

Девушка кивнула и, хлопая в ладоши и ударяя пяткой в землю, и в самом деле задала неплохой ритм.

— Позвольте ангажировать вас на танец, мадемуазель! – Горан склонился в поклоне. Чертики в глазах уже пустились в пляс.

— Ой, а я уже обещала этот танец демону, месье!

— Не повезло ему, значит! – санклит подхватил меня и закружил по двору. Не знаю, что это было – вальс, мазурка, полька или еще что–то – но внутри задрожало счастье.

— После такого вы обязаны на мне жениться! – выдохнула я, когда мы остановились.

— С удовольствием! – он еще крепче прижал меня к себе. – Так хотел бы снова отрепетировать нашу первую брачную ночь!

— Да, репетиция была весьма запоминающейся. – Госпожа Ангел спрятала вспыхнувшее лицо на его груди, некстати вспомнив, что на самом деле вместо брачной ночи после несостоявшейся свадьбы был Киллиан.

Я подняла голову, прогоняя непрошеные воспоминания, вставшие горьким комом в груди, и врезалась в тот самый взгляд – неприятных водянистых глаз. Киллиан. Теперь он не являлся ни грозным существом с душой, в которую падаешь как в бездну, ни потомком ангелов, единственным в своем роде. Но мне до сих пор было больно смотреть на него. Адски больно.

Мужчина, в том же черном костюме, что был на нем в день смерти, стоял напротив, заставляя сбоить мой разум, в котором никак не могло уместиться то, что эта мерзость дышит, движется, чувствует – ведь я убила его! Кем он стал? Демоном?

Не сказала бы. Вибриссы не подтверждают. Больше похоже на то, что Киллиан остался собой, тем, кем и был – нарушением божьих законов, существом, чуждым всему и всем. Даже здешняя ткань бытия словно не знала, как себя с ним вести, как подступиться к этому раритетному экземпляру. Она задумчиво обтекала его, не трогая, и просто вилась вокруг, наблюдая сей феномен.

— Рад, что свиделись! – прошипел Драган, рывком метнувшись к нему. В отличие от ада, он к потомку ангелов пиетета не испытывал – о чем красноречиво свидетельствовали удары, которыми муж отправил эту мерзость в нокаут.

— И за это я прощения просить не буду! – прорычал Горан, исподлобья глянув на меня.

— Не сомневаюсь. – Тихо ответила мисс Хайд, не отрывая глаз от Киллиана. Он тоже, даже упав, смотрел на меня.

— Любимая, ты в порядке? – хорват явно встревожился.

— Да. – Таким же бесцветным тоном сорвалось с моих губ. – Утихомирь, пожалуйста, охрану. Они не нужны здесь, пусть уходят.

— Ковач! – Горан махнул Нико и отвел в сторону.

Ясно, далеко не уйдут, все–таки муж предпочел все сделать по–своему. Как всегда. Но мне сейчас не до этого. Что вообще полагается чувствовать, стоя лицом к лицу с собственным насильником?

— Все гадала, когда же ты объявишься. – Глядя, как он поднимается, вытирая кровь с лица, сказала я. – Чувствовала тебя рядом с самого первого дня здесь. Физически ощущала, как твой склизкий взгляд ползет по мне. Что, смелости не мог набраться?

— Ты стала еще красивее, Саяна! – достав из кармана платок – надо же, в аду! – и промокнув им разбитую губу, мужчина попытался улыбнуться.

— Мы уже закончили партию, Киллиан. Шах и мат, помнишь? Больше нам не во что играть.