Книга Преисподняя, страница 121 – Елена Амеличева

Она подошла ближе. Одно слово, движение руки и служанки тут же принесли плащ и помогли Алешу в него закутаться. С губ женщины сорвался едва уловимый вздох облегчения. А на моих замер потрясенный выдох – теперь я смогла разглядеть, что это не корона, а нечто похожее на костяные наросты, или попросту… рога?! С трудом взяв себя в руки, я влилась в процедуру знакомства.

— С женщинами тяжелее, чем с демонами! – пробурчал кузнец.

— Воистину! – отозвался Горан.

— И тут тоже мужчины сексисты! – мисс Хайд глянула в поисках поддержки на Мфалу.

Н–да, адские леди до шуток не снисходят. А их дочери и вовсе буравят Ангела синей ненавистью. Ей–то я чем не угодила? И когда успела, впервые ее вижу! Не любит меня женский пол.

— Осью клянусь, дочь растить сложнее, чем Падших изгнать из нашего мира!

— Молчишь? – шепнула я на ухо Драгану. – Зря, у тебя такая же подрастает!

— Злая моя. – Он улыбнулся мне.

— Тати, иди к себе. – Мать посмотрела на дочь. Та, не смея перечить матери, бросила на отца колкий взгляд и направилась к выходу.

— И помни, ты обручена, все! – крикнул ей вслед отец.

В ответ из коридора раздалось раздраженное рычание. Что–то мне подсказывает, что ничего у папочки не выйдет! Такие замуж не по своей воле не выходят!

— Мфала, отведи их к богине. – Сказал Гефест, покачав головой. – Иди, Светлая, мы еще увидимся.

— Следуйте за мной. – Женщина грациозно повела рукой.

— Мама! – дочь бросилась к ней, когда мы вышли.

— Помолчи, Тати! – в голосе Мфалы прорезались нотки злости. – Есть вещи поважнее твоих капризов!

— Как всегда! – с горечью бросила девушка и отступила, едва сдерживая слезы. – Все всегда важнее меня!

Дремлющую силу я почувствовала еще когда мы начали спускаться по вырубленной в скале лестнице. Эта мощь была разлита в воздухе, плавно покачиваясь, как водоросли в воде. Мне вспомнился рассказ Гайи о богине Офель, храмы которой ушли под землю, когда этот мир предал ее, присягнув Люциферу. Вероятно, к ней мы и направляемся.

Темные тоннели, освещаемые лишь факелами в руках служанок Мфалы, становились все просторнее, и вскоре я поняла, что это уже коридоры храма. Ощущение древней силы, спящей в вечности, было настолько осязаемым, что казалось, ее можно потрогать.

— Это здесь. – Царственная супруга Гефеста остановилась перед стеной.

Служанки поднесли факелы к выемкам, и пламя, потрескивая, шустрой струйкой побежало внутрь. Из тьмы проступили очертания дверного проема – через который могли пройти великаны. По бокам он был обрамлен изумительно красивой золотой вязью. Похоже на то земное место, где хранилась менора. Не одни ли и те же существа их строили? Надо запомнить эту мысль и подумать ее на досуге. Вот только когда этот самый досуг мне выпадет?

Повинуясь всплывшему из глубин души знанию, я склонила голову, положила ладонь на грудь над сердцем, мысленно попросила разрешения войти и потревожить эту силу. Внутри разлилось тепло – я была желанным гостем.

Ноги осторожно ступили на каменные плиты с рисунком. Что–то вело меня внутрь золотистого сумрака, подсказывало, куда повернуть. Понять, откуда оно, изнутри или снаружи, оказалось невозможно. Да и вряд ли это имело значение. Нужно просто впустить внутрь эту силу. Смешать, но не взбалтывать, как говорится.