Книга Королевская кровь. Книга 5, страница 40 – Ирина Котова

Мартин закончил читать и помахал фотографией.

— Ну что? Впечатляет?

— Впечатляет, — расстроенно подтвердила Вики и вздрогнула — в камине звонко треснуло полено.

Тротт молчал, уйдя в себя и рассеянно поднося к губам бокал с вином. Мартин не стал включать верхний свет, оставив для уюта только напольные светильники, и выражение лица инляндца было сложно рассмотреть.

— Ну что же, — подвел итог Алекс. — Для бреда слишком много пересечений с сегодняшним днем. А значит, подтверждается то, к чему мы пришли самостоятельно — все происходящее: и иссякающая стихия смерти, и буйство нежити, и пространственные прорывы — связано с отсутствием Черного Жреца. По всей видимости, он изгнан в другой мир, и чтобы вернуть его, нужно провести некий ритуал.

— Да, только нужно теперь понять, что это за ритуал, — сердито сказала Виктория. Она всегда злилась, когда чего-то не понимала. — Что за камень? Что за пленник и пленивший?

— Если смерть — пленник, то пленивший, по логике, огонь, — Мартин уселся в кресло и задумчиво оглянулся на пляшущее в камине пламя. — Вечный Воин. А кровь — кровь их потомков, полагаю. Если только это не метафора, и кровью смерти и огня не обозначены их стихии, например. Или еще что-то столь же поэтическое. Учтите, что я переводил со староблакорийского, часть надписи не поддается прочтению, да и смысл при переводе на современный язык может немного меняться. Остается надеяться, — добавил блакориец с невеселым смешком, — что у почившего Гёттенхольда была крепкая память и он не переврал слова старой ведьмы. Забавно все-таки, что мы вынуждены опираться на перевод воспоминаний умирающего о бреде безумной.

— Есть другой вариант? — огрызнулась Виктория.

— Ты еще не похвалила меня за этот, — вкрадчиво сказал барон и посмотрел на ее губы, опустил взгляд ниже и снова нахально взглянул в глаза. И на лице его она увидела удовольствие от того, что она сейчас здесь, в его доме, в его кресле — и привычно фыркнула:

— Тебя за что хвалить? За эксплуатацию студентов?

— Он вовсе не выглядел угнетенным, поверь, — заверил ее Мартин. — Да и вообще, за угнетением неофитов обращайся к Максу, он в этом деле светоч и образец. Малыш, ты чего молчишь? Заснул?

Тротт поморщился и допил вино.

— Не вижу причин для оживления и радости, — сухо проговорил он. — Положим, конец света возможно остановить, если вернуть Черного Жреца. Для этого всего-то нужно найти неизвестный камень, окропить его неизвестно чем в непонятно какой день и ждать, пока ослабнет сила королей. А если это сработает, в чем я сильно сомневаюсь, вспомним видения Алекса про тысячи чудовищ из Нижнего мира. Не открытие ли прохода для бога спровоцирует массовое нашествие таких тварей, как тха-охонги? И не будет ли это катастрофичнее падения стихий?

— Ну что, — жизнерадостно вмешался Мартин, — перспективы отличные. Если не пытаться вернуть Жреца, конец света точно наступит вместе с уходом магии и катаклизмами. Если пытаться — есть большой риск, что нас всех сожрут гигантские муравьи и добьет война.

— Может, именно отсутствие Смерти на Туре и уход магии поспособствуют открытию порталов, — возразила Вики.

— Предположения, — проворчал Макс недовольно. — Вот именно, что мы гадаем, а не знаем. А для принятия решений нужны факты.