Книга Королевская кровь. Книга 2, страница 333 – Ирина Котова

Люка уже ждал автомобиль, и он, накинув пальто, вышел на улицу. Было свежо, безветрено, и сумерки уже готовились уступать очередь ночи. На наливающемся теменью небе холодным острым светом мигали бледные звезды.

Он с сожалением подумал о том, что совсем не помешало бы оружие, чтобы чувствовать себя увереннее, но брать пистолет на прием — где его держать? Костюм не предполагал такой возможности. Да и охрана не пропустит.

И пока машина выезжала за ворота, и пока везла его к королевскому дворцу, он все хмурился, курил и думал о том, что же могли они упустить и откуда ждать беды.

Марина

— Короткие волосы и бальное платье? — Мартин вдумчиво разглядывал меня, будто я была картиной в музее. — В этом что-то есть. Может, мне выбрить виски, как думаешь? Будем смотреться донельзя скандально.

Я сурово шлепнула его веером по локтю и еще раз осмотрела себя в зеркале. Ну, короткие. Зато не пришлось сидеть с парихмахером по часу, как сестрам. Уложили, прикрепили маленькую диадему и все. И с платьем я справилась быстрее.

Вася на сегодняшний праздник выбрала белое с золотом, так что нам с Полинкой осталось довольствоваться красным. Благо, с оттенками было позволено экспериментировать, так что мой красный скорее напоминал перезрелую вишню. Платье было очень простое, однотонное — прямой лиф без плеч, еле-еле прикрывающий со спины мою татуировку, и широкая юбка с минимально возможным кринолином, касающаяся земли. Модистка настаивала на шлейфе — традиция, но я стояла на своем, и в результате отвоевала право не подметать полы дворца. Васюта королева, вот пусть и мучается.

Вообще платье мне нравилось, это если без кокетства и бурчания. Оно было такое… острое в своей простоте. Чуть портила картину белая орденская лента через плечо, которая присваивалась всем членам королевской фамилии при рождении, и белые же перчатки. Ох уж эти перчатки. Тебе готовы простить короткие волосы, или выбритые виски, но отсутствие перчаток у мужчин или женщин — никогда. А я, почти все свое рабочее время проводящая в силиконовых перчатках, в остальное их терпеть не могла. Как и веер, бесполезнейший аксессуар в век, когда есть кондиционеры. Но открывающий вечер торжественный танец марильоз исполнялся с веером, и требовал определенного изящества, чтобы взмахивать им одновременно с размеренными шагами в паре.

Я раскрыла веер и кокетливо посмотрела поверх него на Мартина. Он тоже был хорош, в парадном военном мундире, непривычно нелохматый, выбритый. Подмигнул мне, состорил скучающе-высокомерное лицо, презрительно прищурился, и мы на пару захохотали.

— Ну что, моя несравненная девочка, пора? — произнес он, снова оглядывая меня с мечтательным видом, поднял темные глаза, забывшись, тряхнул волосами. — Все-таки ты необычайно красива, Марина.

Тепло от его слов заставило меня улыбаться и когда мы с семьей, сопровождаемые обер-гофмаршалом и почетным караулом, двигались к огромным резным дверям Большого бального зала, за которым шумело и ждало нас разноцветное аристократическое море, и когда церемонимейстер объявлял высочайший выход королевы с семьей, и когда проходило официальное представление принцессы Полины-Иоанны, и когда Василина приветствовала братьев и сестер из прибывших на праздник королевских домов континента.