Книга Королевская кровь. Книга 2, страница 225 – Ирина Котова

«Так легче бегать и прыгать, если что» — сказала она спокойно, заметив его взгляд.

Удивительно, как меняет женщину одежда.

Шестнадцать сорок восемь.

Вынужденный простой на то, чтобы Юземский мог отоспаться, Игорь потратил на допросы задержанных Люджиной «учеников» и «учителей» воровской школы. Хотя старшему из ученичков было далеко за пятьдесят. И со вчерашнего вечера, после ухода Тротта, они с напарницей сортировали задержанных. Одних — тех, кто только-только попал в учреждение, и не знал о роде деятельности, но уже успел задолжать Учителю — расспрашивали, пугали — чтоб впредь неповадно было, и отпускали. Других, которые уже успели в той или иной степени увязнуть в профессии, распределяли в зависимости от того, сотрудничал ли попавшийся со следствием или приходилось использовать ментальный взлом. С этим должна была справиться полиция, но безделье угнетало и приносило ненужное беспокойство.

К середине дня у них был список почти всех участников, в том числе и отработавших уже контракт, перечень украденных предметов, а капитан Дробжек была бледной и уставшей. Пришлось вести ее в столовую и буквально насильно кормить. По дороге-то он и отметил интерес сотрудников к его напарнице. Надо же, вчера Тротт, сегодня безопасники. Что в ней такого?

Необычность, прямота и холодность, решил он. Женщин-офицеров, несмотря на военнообязанность выпускниц военных и магических заведений, было немного, и в основном они работали виталистами, менталистами, врачами, агентами под прикрытием, и очень редко имели специализацию по боевой магии. А тут офицер, лично задержавшая с полсотни преступников, и при этом совсем не кокетливая, основательная такая. Интересно же!

Шестнадцать сорок девять.

Дробжек, сидящая рядом и глядящая на спящего, вдруг зевнула, потерла глаза.

— Я сейчас сама рядом с ним лягу, — проворчала она, — спит и спит зараза.

— Я как раз хотел сделать кофе, — усмехнулся Игорь, — будете, капитан?

— Угу, — ответила она, укладывая голову на сложенные на столе руки. — И побольше сахара. Голова совершенно не варит после этих преступничков.

Игорь принес две большие кружки с кофе, какие-то сладкие кексы, щедро выложенные у кофемашины, и они снова стали таращиться в стекло, ожидая, пока арестант соизволит выспаться.

— Может его потрясти? — предложила капитан Дробжек, оживившись. — Сил нет уже на него смотреть.

— Терпение, капитан, терпение, — усмехнулся Стрелковский, поглядывая на часы, — вы его счас потрясете, и, может, там какое-нибудь важное повреждение не закроется. И все усилия, и ожидание пойдут прахом. Берите лучше кекс.

— Я с вашими кексами скоро в машину не помещусь, — буркнула она. — Мне б позаниматься где, Игорь Иванович, а я не знаю ничего. Мышцы просят нагрузку, тут у вас дисциплины никакой, а на заставе мы каждое утро и вечер комплекс упражнений выполняли, и пробежка после на 10 километров. И с инструктором по боевым искусствам было бы неплохо позаниматься.

— У управления прекрасный зал на Галочьей набережной, — сообщил полковник, — только у нас же день ненормированный, будете успевать? И еще, я знаю, у гвардейцев с утра зарядка, проводит сам принц-консорт. Могу попросить, чтобы вас допустили.

— Попросите, — согласилась она. — А насчет успевать — а что мне еще делать? По городу гулять? В кино ходить?