Книга Королевская кровь. Книга 2, страница 156 – Ирина Котова

— Ну и пусть, — прерывисто дыша, ответила Василина, — пусть. Я королева, мне все можно.

А твоя, — она задрала ему футболку, лизнула грудь, царапнула зубами кожу, — твоя прямая обязанность, — он сжал ее еще крепче, взял ее за подбородок, и жадно, головокружительно поцеловал, — ааах, Мариан, — так вот, — строгая юбка поползла вверх, обнажая ее стройные ноги в чулках и скромное белье, — обязанность…

— Ты слишком болтлива, моя королева, — грубовато сказал он, поворачивая ее к себе спиной. — Обопрись, милая. Вот так, василек, расставь ножки… Как ты хороша, Василина, как же ты хороша…

Он уже тяжело дышал сзади, покрывая поцелуями ее ягодицы, прикусывая и сминая их, гладя бедра, и она задрожала, опустила голову, прогнулась. Да, вот так, Мариан, именно так. Как же я люблю тебя.

Не сдержала стона, когда он вошел в нее, и он замер, легко гладя ее по спине, слушая ее дыхание. И начал движение, мощно и без всякой осторожности, сразу бросая ее в водоворот сладкой и такой нужной любви, такой ошеломляющей, что она закусила кулак, чтобы не кричать. И все равно кричала, глухо и страстно, и билась в наслаждении, и чувствовала его крепкое тело, и жесткие руки на бедрах, и неумолимое движение, и слушала его тяжелые, приглушенные порыкивания, как лучшую музыку в мире.

То, что мне было нужно, Мариан.

Знаю, моя королева.

Когда они вышли, занятия уже закончились, и на плацу не было никого. И хорошо, потому что каждый, кто увидел бы их затянутые любовной поволокой глаза, тут же бы все понял.

Хотя, наверное, и так все догадались.

Ну и пусть. Зато она успокоилась.

— Я согласилась дать бал на мой День Рождения, — сказала она ему все еще хрипловатым голосом, когда они уже подошли к семейному крылу дворца.

— Хорошо, — легко откликнулся он, открывая и придерживая дверь в покои, — тебе нужно будет немного развеяться. И отдохнуть.

— Да, — со вздохом согласилась королева, — вроде недавно вернулись от Талии, а будто и не было этой поездки. Тяжко мне, Мариан.

— Ты со всем справишься, — уверенно произнес муж, снимая футболку. — Раздевайся, Василина. Пойдем в душ. Мне нужно после тренировки и… наших упражнений. Побудь со мной еще.

Она успела подумать об оставленных отчетах, да и в теле еще чувствовалась сладкая дрожь от пережитого острого удовольствия. Хотелось лечь, вытянуться, потягиваясь и выгибаясь, как кошка. Но Мариан привлек ее к себе, запустил пальцы в копну кудрявых волос, тихонько сжал, заставив откинуть голову. Прикоснулся губами к щеке, постоял немного так, щекоча ее бородой, вдохнул тяжело. Отпустил и начал раздевать. Глаза его блестели, ноздри раздувались, и он улыбался. И она улыбнулась в ответ, позволив расстегнуть блузку, снять белье. Подождут эти бумаги.

После, когда он вынес ее, ослабевшую и окончательно успокоившуюся, из душевой, сам вытер, одел — потому что сил не осталось вообще, укрыл одеялом и ушел, она лежала и лениво гладила подушку рядом. Мысли были тягучие, легкие. Она вспоминала все случившееся с момента коронации, и, наверное, впервые не чувствовала себя так, будто ее нахождение на троне — чудовищная ошибка. Она справится, не может не справиться. Научилась же она управляться с силой, пусть неуверенно, но принцип поняла, а дальше все дело тренировки.

Мысли плавно перетекли на одну из ее бесед с Иппоталией. Королева позвала ее на массаж, и они лежали рядом, пока массажистки разминали их тела, поливали горячей водой, терпко пахнущей травами, снова мяли, обливали ледяной, потом опять горячей. Серенитка, правда, настаивала на массажистах, но Мариан один раз сказал «Нет» и она почему-то не стала упорствовать.