Книга Баран и жемчуг, страница 123 – Ната Лакомка

— Вы видели нас! – выпалила я. – Когда я упала с моста!

— Видел, и сразу подумал – хорошо бы, чтобы тебя нашли там же, где и твою гордячку-мать, – судья нашёл подходящий камень и поудобнее взял его в руку. – Но там сейчас постоянно торчат вилланы… Так что бастард найдёт тебя в ручье – тоже неплохо. А ведь всё могло бы сложиться иначе, Маргарет. Мне искренне жаль.

— Не верю, – сказала я и перестала сопротивляться. – Ну, чего ждёте? Убить самому труднее, чем нанять убийцу? Знайте, что даже если бы не появился Морис, я всё равно не обратила бы на вас внимания. Для меня вы всегда были жалким неудачником, слабаком в том, что касается женщин…

— Лжёшь! – сдавленно крикнул он и замахнулся – я видела это на тени.

Вот и всё, Маргарет. План номер один не удался, план номер два ты благополучно провалила, но зато план номер три удастся на славу. Жаль только, что ты этого не увидишь. Маленькая, наивная, доверчивая леди…

Тучи не зря собирались над Сегюром. Первые капли дождя упали на землю – будто сама феи Виолант заплакала, оттого что её непутёвая праправнучка так бесславно закончит жизнь там, где жизнь когда-то началась.

Но пусть бесславно, зато справедливость восторжествует… И Морис, этот баран, не наделает глупостей…

Удар я услышала, но не почувствовала. Наверное, так и умирают – кажется, что ты ещё жив, а на самом деле…

— Ты цела?! – голос Мориса ворвался в моё сознание, и одновременно с небес оглушительно громыхнуло.

Я вскрикнула от страха, а в следующее мгновение Морис уже прижимал меня к груди, ощупывая мою голову.

— Ты совсем спятила, маленькая леди? – бормотал он. – Что это за письмо, скажи на милость? Решила умереть? Очень смело! А почему тогда испугалась грозы? Подумаешь – гроза, если ты не боишься смерти! Ты цела?.. Он тебя не поранил?..

Нет, это не походило на загробную жизнь, и я беспокойно зашевелилась, пытаясь освободиться.

— Куда? – прикрикнул на меня Морис, прижимая к себе ещё крепче. – Всё, леди, свобода закончилась. Завтра нас обвенчают, и вы больше шагу не сделаете без разрешения вашего мужа.

Но сейчас меня волновало кое-что другое. Вернее, кое-кто.

— Что с судьёй?! – выпалила я, чуть не замолотив кулаками Морису по груди. – Что ты с ним сделал?

— Это вместо благодарности? – он отпустил меня, не сдержался и плюнул в траву. – Думаю, пока он жив.

— Пока? – машинально переспросила я, с опаской рассматривая Диплока, который лежал рядом, разбросав руки.

Дождь хлестал его по лицу, но судья не шевелился, хотя, кажется, дышал.

— Пока, – подтвердил Морис очень спокойно. – Вот думаю – повесить его прямо здесь или утопить в реке? Наверное, лучше утопить. Всё равно промок, – он посмотрел на небо и вытер ладонью лицо. – А то ради такой падали ремень пачкать не хочется…

— Вы же это не всерьёз, сэр Морис Мюфла? – сказала я дрожащим голосом. – Какое – утопить? Не вздумайте даже пальцем его тронуть!..

— О чём это ты? – недовольно спросил он, но я не дала ему больше ни слова сказать.

— Так и знала, что вы всё испортите, баран вы эдакий! – напустилась я на него, и мне можно было не волноваться по поводу того, что слёзы хлынули и глаз – всё равно шёл дождь, и непонятно, что там за вода на щеках. – Я ведь просила – розы! Белые розы из монастыря! Вы должны были вернуться только к вечеру!