Книга Дочь солнца, сын луны, страница 42 – Ната Лакомка

Потом развела огонь в жаровне, чтобы вскипятить воды и заварить чаю.

Появились служанки, захлопотали вокруг своей хозяйки, ахая и причитая на все лады.

Они принесли горячую воду для купания, помогли Сяо Ян расчесать волосы и переодеться. Они болтали без умолку, рассказывая, как испугались, как переживали за свою госпожу. За переживания они получили по нефритовому браслету и распереживались ещё больше, стараясь превзойти друг друга в красноречии.

Сяо Ян слушала молча, лишь изредка кивала, и съела всё, что принесли, до последней рисинки.

Наконец, можно было и прилечь.

Она солгала Джиану, сказав, что проснулась от его крика. Кто же спит в тюремной камере? Надо быть совсем бесчувственным деревом, чтобы там уснуть.

Но отдохнуть не получилось, потому что под дверями заскреблась и тихо заскулила Чу-Чу.

Наложница лила слёзы, благодарила за милость остаться в доме Лэй, уверяла, что никогда не причинила бы Сяо Ян вреда, но…

Тут Чу-Чу замолчала, жалко шмыгая носом и утирая слёзы расшитым шёлковым рукавом.

— Я знаю, – сказала ей Сяо Ян, погладив по голове.

Наложница посмотрела на неё, испуганно вскинув глаза.

— Это старшая матушка заставила тебя отравить Джиана и подбросить бутылочку с ядом мне.

— Но мы не хотели его убивать! – шёпотом воскликнула Чу-Чу. – Она сказала… – наложница оглянулась, будто госпожа Фанг могла притаиться в углу, – что когда мы избавимся от тебя, то она сделает так, чтобы господин женился на мне.

— Я знаю, - повторила Сяо Ян. – И знаю, зачем ты это сделала. Думаю, тебе надо отправить подарки отцу. Я попрошу, чтобы тебе дали тридцать лян серебром. Отправь семье. Этого хватит и на лечение твоего, и на приданое для твоих младших сестёр.

— Откуда ты знаешь?.. – пролепетала Чу-Чу, позабыв плакать.

— Хорошая хозяйка должна знать всё о домочадцах, – сказала Сяо Ян мягко. – Кто их родственники, в добром ли они здравии, кому нужна помощь.

— Сестра! Сестра! – воскликнула Чу-Чу и бросилась целовать ей руки. – Прости меня! Никогда больше не буду слушаться эту старуху! И буду рассказывать всё тебе!

— Только не говори так больше и не плачь, – велела ей Сяо Ян. – Не ссорься со старшей матушкой, будь с ней мила и почтительна, как и прежде. Мы все – одна семья, и нам надо любить и поддерживать друг друга, а не строить козни.

Отправив Чу-Чу восвояси, Сяо Ян, наконец-то, улеглась, укрылась одеялом до самого подбородка, и позволила себе уснуть, ни о чём пока не думать. Обо всём она подумает завтра.

Наутро она, как ни в чём не бывало, пришла поприветствовать старшую госпожу Лэй, справилась о её здоровье, пожелала долгих лет жизни и процветания, и так же спокойно села за стол и принялась есть. Наложницы, невестка Ван Шу и свекровь следили за ней пристально и настороженно.

Когда завтрак был закончен, госпожа Фанг сказала, положив палочки для еды на фарфоровую тарелку:

— Все могут идти… Кроме невестки Ся. Останься, я хочу поговорить с тобой.

— Да, старшая матушка, – с улыбкой склонила голову Сяо Ян.

Наложницы и Ван Шу вышли, оглядываясь и перешёптываясь.

— Ты очень ловко всё устроила, – сказала госпожа Фанг, когда они с Сяо Ян остались наедине. – Натравила на меня брата с невесткой, чтобы они заставили выгородить тебя.

— Я очень благодарна, что вы сказали императрице правду, матушка, – кротко ответила Сяо Ян.