Книга Моя драгоценная гнома, страница 96 – Ната Лакомка

Убийцам не удалось долго преследовать нас — после решетки канаву закрывал дощатый настил. Сначала мы слышали, как стучат по верху тяжелые сапоги и переругиваются эльфы, а потом очутились в каменной трубе, где было темно и зловонно. Говорить не хотелось совсем. Я старалась дышать ртом и раздраженно отпихивала Дагобера, когда он ловил меня за локоть, стоило мне поскользнуться.

Труба вела прямо, так что заблудиться в городской канализации нам не грозило. Вскоре впереди забрезжил свет, и мы оказались на самом краю водостока. Внизу протекала река, и именно в нее выливались нечистоты из канализации.

Поток здесь был особенно бурным, меня подбило под колени, и я неминуемо рухнула бы в реку, но Дагобер в очередной раз поймал меня за локоть. Выглядел эльф ужасно — золотистые волосы утратили блеск и пышность, разбитая губа еще кровоточила.

— Ну что, гном проклятый, — сказал принц, тяжело дыша, — тут пониже будет, чем когда мы прыгали с обрыва?

И он прыгнул, продолжая держать меня за руку.

Течение реки возле эльфийского города было не такое сильное, как в горной реке, где мы с Дагобером плавали в первый раз, поэтому выплыть на берег нам удалось достаточно быстро. Когда мы выползли из воды, говорить не хотелось ни мне, ни ему. Мы даже избегали смотреть друг на друга. Меня так и подмывало вернуться к прерванному разговору, но, поразмыслив, я решила, что «проклятый гном» — это значит, что моя тайна осталась тайной. Начинать опять да снова, означает привлечь к этому особое внимание Дагобера. А еще не известно, сколько раз нам придется спать в обнимочку. Мысленно я поклялась себе, что не сомкну больше глаз, если буду находиться к нему ближе, чем на локоть.

Нас хорошо прополоскало в реке, но Дагобер все равно подозрительно принюхивался к своим волосам и одежде.

Город остался далеко позади, и были видны только пара шпилей, но Дагобер не пожелал прохлаждаться на берегу, торопливо отжал рубашку и углубился в лес, подобрав перед этим палку и не забывая стучать по траве перед собой.

Я тащилась за ним, вытирая рукавом нос и стараясь не шмыгать.

— Тебе надо просушить одежду, — сказала я, когда мы прошли милю или две.

— Нельзя, — коротко ответил он и даже не оглянулся.

— Опять разболеешься, — предрекла я.

— Нас будут преследовать, — ответил Дагобер так же коротко. — Представляю, как они обрадуются, если поймают меня голым возле костерка, пока я буду сушить подштанники.

Я деликатно помолчала несколько минут, а потом спросила, и голос мой невольно дрогнул:

— Это были Полуночные призраки?..

Дагобер ответил не сразу, а потом мотнул головой:

— Нет, не они. Даже если бы их оповестили, они не смогли бы появиться так быстро.

— Может, у них несколько артелей, все по разным городам…

— Нет, не так, — Дагобер шагал широко и размеренно, я еле успевала за ним и совсем запыхалась. Мне было жарко, и мокрая одежда была кстати.

— Кто тогда напал? — я опять утерла нос рукавом, и как раз в это время Дагобер оглянулся. Я была готова провалиться сквозь землю.

— Наверняка, за всем этим стоит мэр, — сказал эльф. — Если бы на меня напали Полуночные призраки, они действовали бы по-другому — ночью, тайно, попытались бы отравить. А тут… все грубо, тупо, без особых затей. Знать бы только, для чего этому предателю понадобилось убивать меня. Как он осмелился покуситься на наследника?