Онлайн книга «Моя драгоценная гнома»
|
Мне казалось, что с Дагобером приключилось помутнение рассудка. Я смотрела на него во все глаза — и не узнавала. Неужели это он произнес, что я — самое прекрасное и драгоценное создание на свете? И неужели это он поцеловал меня, а сейчас рассуждает о том, что у него приязнь к… ведьмам?.. И как странно он говорит — словно читает по книжке. Во время нашего путешествия он был, конечно, тот еще болван, но вел себя, как живое существо, а теперь… Я видела перед собой какую-то незнакомую красивую куклу, которая произносит слова и двигается, потому что кто-то повернул заветный ключик в замочке и привел в движение хитрые шестеренки. Но в этой кукле не было ни капли жизни… — Предлагаю не усугублять, — продолжал принц все тем же незнакомым высокопарным голосом и слогом, — вы отпускаете ювелира, отпускаете гномов на все четыре стороны и больше никогда не вспоминаете о них. Разумеется, лавку им надо вернуть, восстановить их право заниматься ювелирным делом и заплатить за вещички полную цену, — он указал на браслет Розалинды. Та запоздало спрятала руки за спину. — Зачем это, Дагобер? — спросил углом рта герцог. — Что вы такое говорите, — маркграфиня прокашлялась, возвращая твердость голосу. — Я заявляю, что все это… — Довольно бесполезной лжи, — сказал Дагобер уже раздраженно. — Вы обманули гномов, но меня-то вам обмануть не удастся. — А я говорила, что он обо всем догадался, — засмеялась вдруг Белладонна. — И говорила, что это тот самый гном, — она с усмешкой кивнула в мою сторону. — А вы мне не верили. — Но эти гномы — все на одно лицо, — захныкала Розалинда. — К тому же, тот был мужчиной… — Мужчиной! — фыркнула Белладонна. — Ну и дурочка же ты, сестренка! — Почему это я — дурочка?! — вспылила Розалинда. — Я сразу все поняла, едва увидела ее поделки, — Белладонна смотрела на меня ласково и насмешливо, как лиса, поймавшая курицу перед ужином. — Вы ведь тоже все поняли, дорогой принц? — По-моему, уже сказал вам, — равнодушно бросил Дагобер. — И хватит об этом. — Да что понятно?! — Розалинда надула губы и плаксиво наморщила нос. — Маленькая гномка влюблена в его высочество, — почти пропела Беладонна, не сводя с меня прекрасных насмешливых глаз. Пол поплыл под моими ногами, и я застыла, боясь посмотреть на принца. Щеки загорелись, я кусала губы, желая провалиться от стыда сквозь землю. А нежный голос Белладонны жалил больнее, чем пчелы Чокнутого Эльфа: — Посмотрите на нее! У нее все на физиономии написано. Влюблена страстно, безумно, просто с ума сходит по нему, мерзкая жабочка! Жаба на плече герцога недовольно квакнула. — Поосторожней про жаб, — пробормотал Асгобер, промокая лоб кружевным платочком. — И вообще… нам пора ехать… — Помолчите, дядя, — сказала маркграфиня, как отрезала. — Разговор нешуточный. Герцог открыл рот и позабыл его закрыть. — Как странно, что ваше высочество проявляет такую заботу о гномах, — теперь Белладонна обратилась к принцу. — Есть какая-то причина? Я осмелилась взглянуть на него — искоса и быстро. Дагобер сидел в кресле со скучающим видом — красивый, холодный и… очень далекий. Он смерил эльфийку взглядом и сказал: — Как правитель, я являюсь отцом всем своим подданным, и обязан заботиться о них, как о своих детях. Гномы, пусть и косвенно, пострадали из-за меня. Будет справедливо, если я позабочусь о них. |