Книга Роковая Роксана, страница 128 – Ната Лакомка

— Да, по восковой табличке не скажешь, давно ли она валяется в этой луже, - согласился Бранчефорте, - но очень сомневаюсь, что сто лет назад в Солимаре жила какая-то другая Роксана, на чью голову призывались проклятья.

— На мою, по-вашему, призываются?! – я хотела возмутиться, но получилось жалко.

Кого я обманываю? Себя, в первую очередь. Но всё же продолжала хвататься за соломинку, пытаясь убедить и себя, и графа, что речь идёт не обо мне.

— Кто в здравом уме будет что-то писать на восковых табличках? – сказала я и даже умудрилась пренебрежительно пожать плечами. – Цивилизованные люди давно пользуются бумагой и чернилами. А тут… какой-то сумасшедший, только и всего. Даже написать фразу связно у него не получилось… Мне кажется, это не стоит нашего внимания.

— Я думаю иначе, - мягко сказал граф. – И смысл в этих надписях есть. Вы когда-нибудь слышали о бустрофедоне?

— Нет. А что это? – спросила я, помедлив.

— Это такой способ написания текстов, - пояснил королевский эмиссар, продолжая рассматривать табличку и хмуря при этом брови. – В переводе с греческого означает «путь быка». Послание пишется сначала слева направо, потом строчка продолжается справа налево, потом опять слева направо – они словно путь быка, прокладывающего пахотную линию на поле. И есть ещё одна интересность – когда строчка идёт справа налево, то буквы пишутся в зеркальном отображении. Поэтому вы и не смогли их прочитать, хотя буквы латинские.

— Какие нелепые сложности! И зачем писать латынью по греческому методу?

— Потому что когда-то на этих землях жили люди, которые разговаривали на латыни.

— Замечательно, ещё и урок истории, - вздохнула я.

— Когда были построены святилища Соль, - продолжал граф, - от греков остались лишь смутные воспоминания, и привычные им способы написания текстов превратились в способ вызова демонов.

— Вам везде чудятся демоны, - я старалась говорить бодро, но получалось плохо, потому что мой уютный мирок рушился на глазах, и сейчас было самое время поверить в демонов, а то и встретиться с ними нос к носу.

— Возьмите-ка у меня из кармана блокнот и карандаш, - попросил граф. – Сейчас я вам кое-что продиктую, а вы запишите.

Я обшарила карманы его камзола, нашла блокнот в обложке из слоновой кости, и к нему – свинцовый карандашик в серебряном футляре.

— Готовы? – спросил граф, не глядя на меня. – Итак, приступим. - Богине спать прошу не позволяй величество Соль…Это мы уже знаем. Теперь дальше. Милисент и божественность здравствовать или только… Это была вторая строчка, и потом всё просто - Роксане вашу смерть.

— Случайный набор слов, - я всё записала и протянула блокнот ему.

— Не просто набор, - задумчиво сказал Бранчефорте. – Мы получили два человеческих имени, имя Соль и что-то про смерть… У вас есть знакомая по имени Милисент?

— Целых три, - ответила я. – И не думаю, что кто-то из них знает о богине Соль больше, чем из рассказов гида.

— Мне бы вашу веру в людей, - пробормотал граф, теперь разглядывая запись в блокноте. – Ага! – сказал он через пару минут. – Ну вот, теперь всё понятно. Дайте карандаш.

Я передала ему карандаш, и королевский эмиссар проставил над словами цифры – от единицы до шестнадцати, а потом попросил меня:

— Теперь прочитайте слова по тому порядку, что я обозначил – сначала под цифрой один, потом под цифрой два и так далее. Знаки препинания можете расставлять на своё усмотрение.