Книга Роковая Роксана, страница 119 – Ната Лакомка

Сначала я видела только руку, лежавшую ладонью на стекле, но потом человек шагнул к окну вплотную, и я разглядела лицо графа Бранчефорте под капюшоном дождевого плаща.

Приложив палец к губам, я взглянула на сестру, которая спала, свернувшись клубочком, а потом открыла окно.

— Вы с ума сошли?! Испугали меня до полусмерти, – возмутилась я шёпотом, когда граф откинул капюшон и стёр ладонью со лба дождевые капли.

— Простите, - сказал граф без малейшего раскаяния. – Но я поздно получил ваше письмо, поэтому стучать с парадного посчитал уже неприличным.

— А стучать в окно девушке ночью – это прилично, - произнесла я с укоризной.

— Нам можно, - не смутился он. – Мы – жених и невеста. И я желаю получить свой помолвочный подарок. Надеюсь, это будет поцелуй?

— До поцелуев вы ещё не доросли, - ответила я и переставила лампу, чтобы граф не увидел, как вспыхнули мои щёки.

— Ладно, - без особого удовольствия согласился он, - пойдёт и ваш локон с цветком незабудки. Слушайте, Роксана, почему бы вам не пригласить меня в гости? Тут дождь, знаете ли…

— Вы не сахарная голова, не растаете, - отрезала я. – Во-первых, говорите потише. Моя сестра чувствует себя неважно. А во-вторых, скажите, что произошло с Эвереттом. Стелла видела, как его тело выносили из мастерской, и сказала, что его убили… Руки были в крови…

— Рад, что с вашей сестрой ничего не случилось, - Бранчефорте положил руку на подоконник, и теперь его пальцы находились всего в паре дюймов от моей руки. – Но выводы она сделала не совсем верные. Кровь была от разбитого носа. Я немного перестарался, когда защищал вас. Хватило бы и затрещины, но тут у любого бы отказала выдержка…

— Оставьте разговоры о своих подвигах, - перебила я его. – Ближе к теме!

— Если ближе, - граф поманил меня и сам придвинулся, и понизил голос: - если ближе, то Эверетт умер от апоплексического удара. Быстрая, почти мгновенная смерть. Он был один, поэтому спасти его не удалось.

— У него всегда было красное лицо, - вспомнила я. – Это признак полнокровия… Как жаль… Но хорошо, что это не убийство.

— Хм… - произнёс граф, и я мгновенно насторожилась.

— Что значит это хмыканье? – спросила я с подозрением.

— Вообще-то, да – Эверетт умер от давления крови, - произнёс граф. – Но это именно убийство. Хладнокровное убийство посредством колдовства. И вот что интересно, Роксана… В мастерской был букет чёрных роз. Совсем как в случаях смерти ваших женихов.

— Тише! – я прижала палец к губам и оглянулась на спящую сестру. – Отойдите от окна, я сейчас выберусь к вам.

Он тут же послушно отступил, а я успела подумать, что разбивать клумбу под этим окном – это было преступлением перед цветами. Да и трудов садовника жалко.

Обувшись и накинув плащ, я взяла письма, которые отыскал отчим, и осторожно полезла в окно, и тут же оказалась в объятиях графа, который подхватил меня на руки.

— Вижу, тут у вас уже знакомая дорожка, - заметил он, унося меня подальше, в кусты сирени.

— У мистера Ронбери всегда были пути к отступлению, - сказала я. – Вы можете отпустить меня. Я вполне способна передвигаться самостоятельно.

— Трава сырая, я хотел позаботиться о своей невесте, - сказал граф, но уже поставил меня на ноги.

— Да, о невестах принято заботиться, - согласилась я, слегка занервничав.