Книга Роковая Роксана, страница 114 – Ната Лакомка

Граф застыл, приподняв голову. Его пристальный взгляд смущал, но я постаралась сосредоточиться на ранке, осторожно смазала её мазью, а потом приклеила лечебный пластырь.

— Рука у вас лёгкая, - похвалил граф. – Благодарю за заботу.

Он хотел подняться, но я удержала, положив ладонь ему на плечо.

— Что такое? – спросил он, быстро посмотрев на мою руку, а потом – опять на меня.

— Если то, что вы сейчас сказали, не просто пустые слова, - произнесла я как можно убедительнее, - то вы можете отблагодарить меня по-настоящему.

— Да неужели? – граф перевёл взгляд на мои губы, и я поспешно убрала руку.

— Нет, вы не о том подумали, - я старалась говорить небрежно, но кровь уже прихлынула к щекам.

— А вы будто знаете, о чём я подумал, - хмыкнул граф.

Как странно, что достаточно одного взгляда, одного прикосновения – и всё, ты не владеешь собой. Хотя понимаешь, это всего лишь взгляд, всего лишь касание, которые ничего не значат.

— Очень ценю ваше участие в моей жизни, - продолжала я. – Понимаю, что вы действуете из лучших побуждений, но сегодня вы отправите господина Эверетта под арест, верно?

Граф медленно кивнул.

— Значит, мне ничего не угрожает, - подытожила я. – И я вполне могу находиться у себя дома. С вашей стороны это будет лучшей благодарностью. Поймите, когда Стелла вернётся, я должна встретить её первой.

— Это при условии, что именно Эверетт вам угрожал, - напомнил он. – Но я в этом сомневаюсь.

— Мы не можем с уверенностью сказать, что это были угрозы, - возразила я. – Это может быть чьей-то глупой шуткой.

— Гибель ваших женихов – тоже шутка?

— Убийца действовал не против меня, - сказала я тихо. – А вы… если уж решили спасать, то спасайте, а не губите. Гилберт…

Граф еле заметно поморщился, убрал мою руку со своего плеча и резко встал.

— Ладно, отведу вас домой, - сказал он и добавил, не слушая моих благодарностей: - Но не думайте, что можете вить из меня верёвки. Будете сидеть дома и нос на улицу не покажете. Обещаете?

— Клянусь! – пообещала я ему вполне искренне.

— Переодевайтесь, я жду за дверью, - проворчал он и вышел.

Я лихорадочно натягивала платье, дёргая его за подол, и боясь опоздать. Вдруг граф решит, что я вожусь слишком долго?! Кое-как затянув шнуровку на корсаже, я аккуратно сложила рубашку графа и положила её на стол. Надела шляпку, мельком взглянула на себя в зеркало, уже на ходу завязывая ленты, и почти выбежала из комнаты, опасаясь, что сейчас увижу пустой коридор.

Но милорд Бранчефорте не обманул. Стоял за дверями и ждал меня.

— Вы быстро, - заметил он без удовольствия. – И всё же лучше бы вам остаться здесь.

— Мы ведь уже решили, - сказала я, глядя как можно нежнее. – Гилберт, мы ведь действуем сообща. Зачем нам ссориться по пустякам?

— Для вас это – пустяки? – он опять хмыкнул, и кивнул с кислым выражением лица. – Идёмте, мистер памфлетист. Берите меня под руку.

Я замешкалась всего на секунду, и тут же получила саркастический вопрос:

— Или вы меня боитесь?

— Нет, что вы, - я взяла его под руку, и он повёл меня вниз по лестнице. – Зачем мне вас бояться? – пожала я плечами и добавила немного нервно: - Мы ведь жених и невеста.

— Хорошо, что помните об этом, - сдержанно заметил Бранчефорте.

Графского слугу Лойла я не увидела, хотя посматривала по сторонам с любопытством и опаской. Какой-то неуловимый человек. То он был, а то исчез. Впрочем, у такого субъекта, как граф, и слуги должны быть из ряда вон выходящими.