Книга Король драконов и Принцесса-Апельсин, страница 122 – Ната Лакомка

— Ваша светлость обвиняет меня во лжи? – спросил принц, укладывая деревянный меч на плечи и придерживая его с двух концов. – Я не ослышался?

— Давай уже драться! – Тюнвиль сейчас горел безо всякой девственницы. – Или ты только языком сражаться горазд?

— Остановитесь! – почти взвизгнула принцесса, бросаясь между ними.

— Отойди, – осадил её принц, даже не взглянув.

Она жалобно всхлипнула и отступила. И за эту покорность, по мнению Тюнвиля, принц должен был расплатиться кровавыми слезами. И кровавыми соплями.

— С женой обращаешься, как с вещью, – дракон размял плечо, примериваясь к палке, заменившей оружие. – За это плохим мальчикам полагается хорошая трёпка.

— Почему вы так злитесь, ваша светлость? – принц медленно пошёл в середину двора, и Тюнвиль сразу разгадал его замысел – хотел занять более выгодное положение, чтобы солнце светило в спину, а сопернику – в лицо. – Мы с вами неплохо понимали друг друга, – продолжал принц, – но что-то изменилось? Может, вы приборзели и захотели кое-что, что вам не полагается? Кое-кого…

Вместо ответа Тюнвиль пнул принца в живот. Вернее, попытался. Потому что принц успел увернуться, и удар пришёлся в пустоту.

— Извиваешься, как змея, – подначил его Тюнвиль. – Но это тебе не поможет.

Принц, в свою очередь, наподдал ногой, послав в лицо дракону песок и мелкие камешки.

— Нечестно сражаетесь, ваше высочество, – заметил Тюнвиль, проморгавшись.

— Можно подумать, пнули вы меня честно, ваша светлость, – принц соизволил взять деревянный меч в руку и встал против дракона, готовясь отражать нападение. – Помнится, вы говорили, что с людьми не сражаетесь. Мол, силы неравны…

— Уже струсил? – хмыкнул Тюнвиль, нападая быстро и нанося удар с коротким замахом.

Он собирался смести молокососа одним наскоком, подправить хорошенькую мордочку, чтобы у принца появилась пара-тройка шрамов – для особой мужественности, ну и натыкать носом в песок, как нашкодившего щенка, чтобы принцесса Хильдерика увидела, кто здесь настоящий мужчина, и кого она должна выбрать.

Вот только молокосос оказался гораздо прытче, чем представлял себе Тюнвиль. И дело было не только в прыткости. Принц принял удар меча на эфес своего и… удержал.

— Совсем неплохо для человеческого мальчишки, – процедил дракон сквозь зубы.

— Для хвостатого червяка ты тоже неплох, – принц даже не покраснел от натуги, и это само по себе было вызовом всему драконьему племени.

— Только я всё равно сильнее, – Тюнвиль отбросил соперника на несколько шагов.

Принц чуть не упал, но вовремя удержал равновесие и, явно красуясь, повернул деревянный меч вокруг кисти руки, со свистом рассекая воздух, да ещё и презрительно улыбнулся, показывая, насколько опасным считает некого дракона.

— Остановитесь, прошу! – принцесса Хильдерика заламывала руки, стоя у своего кресла, где валялись позабытые пяльцы, но её никто уже не слушал.

Деревянные мечи снова взлетели в воздух и сшиблись, а потом ещё и ещё раз, после чего оба поединщика отскочили на пару шагов, тяжело дыша и присматриваясь друг к другу.

— Ты мне сразу не понравился, – сказал Тюнвиль, выбирая теперь другую тактику боя, потому что понял, что наскоком этого щенка не взять. – Сразу было видно, что кулаки ты распускать горазд… – он сделал обманный выпад и одновременно – подсечку, пытаясь повалить принца, как тот однажды повалил короля Рихарда.