Книга Карт-Бланш для Синей Бороды, страница 162 – Ната Лакомка

Весь день мы приводили замок в порядок после прошедшего праздника. В саду с деревьев сняли фонари, на первом этаже снова раскатали ковры, и дом обрел уют и спокойствие.

Когда все дела были закончены, я ушла к себе. Граф с дочерью так и не вернулись – возможно, решили задержаться в ле-Анже. Я села на кровать не раздеваясь и вспомнила вчерашний вечер. Правильно ли я поступила, отказав графу… в нежности? Не обидело ли это его настолько, что теперь он и видеть меня не захочет? Не лучше ли было уступить? Разве не этого мне хотелось?

Я со вздохом упала на кровать, сложив руки на животе и глядя в полог балдахина. Раз за разом повторяя наш с графом разговор, я все больше убеждалась, что поступила правильно. Желания нашего сердца не всегда разумны, а подчас и безумны, и я стала бы безумной, если бы подчинилась им.

В дверь тихо постучали, и я решила, что это Барбетта принесла мне горячий чай или Пепе зачем-то решил меня побеспокоить. Он весь день ходил за мной тенью, а на ночь – я была в этом уверена – устроился в коридоре, чтобы охранять меня.

— Сейчас открою, – сказала я, отодвигая засов, и, распахнув двери, застыла на месте, а сердце мое, наоборот, пустилось в безумный пляс.

Передо мной стол граф де Конмор, и судя по всему он только что вернулся – даже не снял меховой плащ.

— Добрый вечер, Бланш, – сказал он необыкновенно приветливо. – Набрось что-нибудь потеплее и обуйся. Хочу кое-что тебе показать.

— Добрый вечер и вам, милорд, – ответила я, чувствуя, как предательски загорелись щеки. – Мы куда-то пойдем?

— На башню, – он ткнул пальцем вверх. – Собирайся поскорее.

Я оставила дверь открытой, потому что мне показалось невежливым закрывать её перед мужем, а он не пожелал войти. Он стоял на ковре в уличных сапогах, и растаявший снег уже основательно промочил ворс. Но я посчитала, что не надо вываливать на графа очередную порцию нравоучений по поводу того, что в доме необходимо переобуваться, потому что не хотела показаться занудной сварливой женой.

Я набросила накидку и хотела идти, но граф настоял, чтобы я надела еще и шаль, и натянула зимние сапожки.

— Там холодно! – сказал он, и глаза его смеялись.

Но мне эта таинственность нравилась все меньше и меньше. Что он задумал? Не было ли это местью за мой отказ?

Он держал меня за руку и шел впереди, поднимаясь по бесконечной винтовой лестнице. До этого я была на башне всего один раз и убедилась, что вид с вершины замка был великолепен. Но идти туда ночью…

— Разве мы что-то увидим сейчас, милорд? – спросила я. – Даже луны нет…

— Для того, что хочу тебе показать, – ответил он загадочно, – луна не нужна.

Когда он толкнул дверь на самом верху лестницы, морозный воздух сразу опалил мне легкие. Здесь было гораздо холоднее, чем внизу, и я поняла разумность совета относительно шали и теплых сапог. Даже закутавшись в накидку, я мгновенно продрогла. Граф заметил это и встал позади меня, обняв со спины и укрыв дополнительно полами своего плаща. Стало теплее, хотя его близость беспокоила меня куда больше, чем мороз. Я сделала попытку освободиться, но Ален не позволил, прижав меня покрепче.

Здесь горели два светильника, но они не могли пронзить зимнюю ночь, и тусклые оранжевые пятна лишь сильнее подчеркивали черноту неба над нами. Я подняла голову: ни одной звезды. И что можно здесь увидеть?