Книга Карт-Бланш для Синей Бороды, страница 105 – Ната Лакомка

Я спросила у старого Сквирри, как сломалась статуя и почему её до сих пор не починили.

— Так милорд не велел её трогать, – пояснил старик, опираясь на метлу, которой смахивал снег с каменных плит, – он сам и разбил её. После того, как вторая миледи погибла.

— Сам разбил? Зачем?

— Вот уж не знаю, миледи, – старик развел руками. – В Конморе не принято, чтобы слуги расспрашивали хозяев о том, зачем они делают то или это. Если вам интересно – сами и спросите. Но на вашем месте я не стал бы этого делать…

— Почему? – спросила я, разглядывая изуродованную каменную птицу.

Несомненно, после того, как лебединая голова упала на землю, по ней били ещё – на это указывали многочисленные щербины и сколы.

— Вряд ли милорду будет приятно об этом вспоминать. Он очень переживал, когда миледи Эстер погибла.

— Говорят, она упала с лошади и сломала шею? – спросила я тихо.

— Что уж там с ней произошло в горах, мне не известно, – ответил старик. Он был очень разговорчив – наверное, обрадовался возможности устроить передышку. – Только она уехала утром, а вечером её конь вернулся один. Мы искали её два дня и нашли на камнях – совсем мертвую. Милорд пошёл и раздолбил бедного лебедя. Он, вообще, тогда был не в себе. Сам залез на беседку, сломал статую, а потом еще внизу лупил по ней топором.

— Леди Эстер была ему очень дорога, раз милорд так переживал… – я посмотрела на беседку – она больше походила на миниатюрный дом, и скрывала новую тайну.

Что за судьба у милорда графа, если тайны так и роятся вокруг него?

— Он её сильно любил, наш милорд, – подтвердил старик, не догадываясь, что этими словами ранил меня в самое сердце. – Но в тот день, когда вторая миледи уехала, они сильно поругались. Кричали друг на друга, а потом она убежала вся красная!.. И злая!..

— Поругались? – я быстро повернулась к старику. – А о чем они говорили, вы не помните?

— Что вы, миледи, – обиделся Сквирри, – в Конморе слуги не подслушивают разговоры господ! Я пойду, миледи.

Он пошёл прочь, словно я оскорбила его лучшие чувства.

— Постойте! – окликнула я его.

Старик оглянулся.

— Вы говорите, что милорд сам разбил лебедя. Но как он смог забраться на беседку? Вы ведь знаете, у него больная рука… С одной рукой залезть на такую высоту невозможно.

— А тогда он был здоров, миледи. И забрался на самую крышу, как белка на сосну!

Слуга ушёл, а я продолжала стоять, не замечая, что ветер швыряет пригоршни снега мне прямо в лицо. Два года назад граф был здоров, и он поссорился с женой, после чего она погибла. Не тогда ли началась странная болезнь? Вопросов было много, а ответов – ни одного.

Внезапно заторопившись, я почти бегом вернулась в замок и столкнулась со слугой графа – рыжим Пепе.

— Где ваш хозяин? – спросила я учтиво.

— Поехал в деревню, – ответил тот.

— А вас с собой не взял?

— С ним Гримси и Боско, если вы волнуетесь.

— Пока вы ему не нужны, могу ли я просить вас об одолжении?

— Всё, что угодно, миледи, – с готовностью поклонился он.

— Мне надо съездить в Ренн, – я понизила голос и сказала таинственно: – Хочу купить подарки для милорда и его дочери, но об этом никто не должен знать. Положу подарки под ёлку, чтобы они нашли их в первый день нового года. Вы отвезете меня?

— Подарки – это хорошо, – согласился Пепе, – но не лучше ли дождаться милорда? Он бы и отвез вас.