Книга Сладкая лавка маркизы Дарнуа, страница 62 – Надежда Соколова

До самого бала мы с сестрами в основном болтали, как это и принято в такие дни. Наверное, больше всего нас интересовали детали будущего торжества – кто придет, какие наряды будут на других, и, разумеется, обсуждение потенциальных женихов. Но помимо этого мы еще и ели – дом полнился ароматами свежей выпечки, мясных деликатесов и даже некоторых редких фруктов, которые прислали из самой столицы. Тем не менее, все эти времяпрепровождение не способно утолить моего внутреннего недовольства. Я так и не поняла, зачем меня сдернули с работы на целые сутки раньше. Могла бы прикатить вчера, вечером, сегодня полдня отдохнула бы и в бальный зал вышла бы, нарядно одетая, в нормальном настроении.

Видимо, мать боялась, что я найду уйму отговорок и все же проигнорирую местные танцы. Ей было гораздо спокойней, когда я находилась у нее перед глазами. Она могла меня контролировать, убеждая, что это важное событие для семьи. Но меня это сильно раздражало: вынужденная необходимость бездельничать обретала совершенно неприемлемые масштабы.

И пустые разговоры, сплетни и завистливые вздохи сестёр тоже раздражали. Они щебетали о своих мечтах, о нарядах, о том, как у них будут идеальные прически и как они обязательно поймают взгляд богатого жениха. Внутри меня бурлила ярость. Все эти мучения только ради двух-трех танцев за вечер! Ну и гипотетической возможности найти себе жениха! Я злилась, сильно злилась. И, конечно, мое настроение ничуть не улучшалось.

Там, в лавке, работал новый кондитер. Его сила могла свести с ума любую женщину. За ним нужен был глаз да глаз сутками напролет. А я здесь, в старом поместье, у сестры отца! Занимаюсь не пойми чем!

К тому моменту, как пришло время наряжаться на бал, я была готова убивать всех вокруг, включая возможных женихов! Служанки, как муравьи, суетились вокруг, приводя в порядок то, до чего пока не дошли руки, в том числе и бальные платья.

Они приехали с нами. Их оставалось только вытащить из чемоданов, привести в божеский вид, а затем надеть на нас. И вот, наконец, пришло то время!

Когда настал мой черед, меня в несколько рук обрядили в платье, накрасили и сделали прическу. Мое платье было из легкого шелка нежно-голубого цвета, который переливался при каждом движении, словно отражая свет луны. Корсет платья обтягивал мою фигуру, подчеркивая талию, а юбка струилась до пола, создавая эффект легкости и воздушности. Каждый раз, когда я двигалась, наряд словно ловил ветер, обвивая меня вокруг, подчеркивая всю мою молодость и свежесть.

На груди платья красовался изящный кружевной узор, который добавлял нотку романтики. Он придавал образу законченный вид. Мои волосы, уложенные в сложную прическу, были украшены маленькими белыми цветами. Лицо было аккуратно накрашено: легкий румянец на щеках, подведенные глаза и нежно-розовые губы. Я взглянула в зеркало, и на меня смотрела миленькая леди, готовая покорять сердца на балу.

Оставался последний штрих – кожаные туфли под цвет платья, на невысоком каблуке, и перчатки на руки. Традиция, чтоб её. Юная леди должна появляться на балу, если хочет найти жениха, только в перчатках. Я юной не была, но леди оставалась. Приходилось подчиняться.

Все вместе, мы, сестры, в нужное время спустились по лестнице и переступили порог танцевального зала. Он был щедро украшен искусственными цветами ярких оттенков, которые казались почти живыми под мягким освещением, и атласными лентами, плавно свисающими с потолка и придающими помещению сказочный вид. Нежно-розовые и ярко-голубые тона перекликались друг с другом, создавая атмосферу праздника и романтики. В углах зала мягко мерцали свечи в элегантных подсвечниках, добавляя теплоты и уюта.