Книга Невеста по ошибке, страница 45 – Надежда Соколова

Журнальный столик посередине комнаты, подчеркивал, что принимать пищу можно, и не выходя из спальни.

Кресел, как и ожидалось, было только два — гостей здесь точно не ждали.

Темные тяжелые шторы, закрыв окно, не позволили бы никому узнать, какие непотребства здесь творятся.

— У тебя такое выражение лица, будто ты раздумываешь, как прибить меня по-тихому и выйти сухой из воды, — насмешливо отметил муж.

— Не дождешься, — фыркнула Ира. — Я понять пытаюсь, почему в этой комнате все вокруг так и кричит об уединенности и постельных играх.

— Потому что кое-кто, в силу своего характера, слишком долго жил без этих самых игр, — нахально заявил муж и со смешком увернулся от локтя Иры.

Сама она так не считала и недотраха у себя не ощущала. А вот одного кошака все же следовало поставить на место.

— Сколько любовниц ты сюда водил? — уточнила Ира, поворачиваясь к супругу лицом.

— Не поверишь, — осклабился он, — ты — первая. Это супружеская спальня. Для игр со служанками существуют гостиные. Или тот же кабинет.

— Ах, вот для чего он предназначен, — мурлыкнула Ира. — Теперь я понимаю, почему ты не хочешь, чтобы он у меня появлялся. Рогов боишься.

— Стерва, — любезно сообщил муж.

— Кобель, — парировала Ира.

Общение грозило перейти на повышенные тона, но в дверь постучали. Заглянувшая служанка сообщила, что обед подан. В гостиной.

Что ж, Ира пообщается с супругом и позже. Сейчас же не мешало поесть.

* * *

Сутки до зимнего бала прошли плодотворно. Генрих с женой успели трижды поругаться и дважды заняться постельными играми.

Ели они в перерывах между этими своими важными занятиями и к вечеру устали до предела. Жена завалилась спать, едва голова коснулась подушки, Генрих, считавший себя выносливей супруги, некоторое время лежал в постели и размышлял. Боги, конечно, подложили ему еще ту свинью, но зато наследники должны были получиться с характером. Настоящие тайгеры.

Генрих поморщился: драконы считали, что дети, рожденные от смешанных браков, являлись исключительно драконами. На другие расы они плевали с высокого шпиля. Генриха такая позиция не устраивала. Он намеревался доказать всему миру, что крови тайгеров в его детях будет не меньше, чем крови драконов.

С этой мыслью он и уснул.

Утро началось с легкого завтрака. Жена снова нервничала, видимо, забыв о таинственных наставлениях домового.

— Расслабься, — проворчал Генрих. — Не съедят они тебя. Это мне нервничать надо. Своих они не трогают.

— О да, — с сарказмом в голосе согласилась жена, — всего лишь пытаются распоряжаться «своими», словно вещью.

— Тобой пораспоряжаешься.

— Вот и не вздумай.

В пикировках время до отправки на бал пролетело быстро.

Одевались оба в разных комнатах. Генрих с личным камердинером вышли в ближайшую гостиную, жена со служанкой заняли спальню.

Наряжался на бал Генрих тщательно: ему, как родственнику императора, положено было при дворе соблюдать правила этикета и следовать последней моде. Белоснежная тончайшая рубашка с золотыми запонками на запястьях, черные штаны, темно-синий камзол, на ноги — лакированные туфли черного цвета — Генрих считал себя франтом, хотя вдали от столицы мог одеться и попроще.

Жена вышла в светло-голубом платье с узким лифом и пышной юбкой.

— Как я в карете поеду, в таком наряде, — проворчала она, нервно поправляя в ушах серьги с бриллиантами.