Книга Коридоры истории, страница 33 – Надежда Соколова

Я оказалась на той территории вместе с отцом, в рамках подготовки к путешествиям во времени. Мне тогда только исполнилось двенадцать. Мой знаменитый батюшка, прекрасно разбираясь в непоседливом характере собственной дочери, решил самолично провести ту экскурсию, показать мне, что да как, заодно и позволить на наглядных примерах увидеть, что происходит с теми, кто нарушает правила. А таких людей, сошедших с ума, одичавших, сроднившихся с нечистью, оказалось там немало. Там же я встретила Дарика. Он помог мне в трудной ситуации и упросил отца забрать его с нами. После заключения договора о сотрудничестве эта меховушка стала моим личным домовым.

До конца рабочего дня я бездельничала в комнате отдыха, радуясь, что Жерар на горизонте так и не появился. Домой ушла в числе первых, озадачив тем самым охранника.

Квартира встретила хозяйку тишиной и чистотой. Я порадовалась тому и другому, прожевала доставленный из подпространства последний кусок сыра, запила его водой и легла спать.

А на следующее утро, едва я появилась в кабинете, Дарик сообщил, что заходил Саныч.

Врач от бога, мужчина попал к нам из середины двадцать первого века, адаптировался быстро и сделал карьеру от простого доктора до заведующего нашим госпиталем.

— Ну что, — кисло улыбнулся Саныч, едва я вошла в кабинет, — поздравляю: Сара очнулась и хочет тебя видеть.

— Как-то нерадостно ты это объявляешь, — я села в кресло, внимательно посмотрела на собеседника. — В чем подвох?

— В чересчур длительной реабилитации. Иди, сама увидишь, о чём я. И не жди от подруги многого.

Вот с таким странным напутствием я зашла в палату к Саре. Хотя, конечно, назвать помещение палатой было сложно: скорее комната напоминала древнюю спальню века девятнадцатого-двадцатого: мягкая мебель, занавески на окнах, картины на стенах. В нынешнем мире так не живут даже самые ярые сторонники возврата к корням: слишком муторно всё это убирать, даже домовые возмущаются. А если учесть, что далеко не у всех семей есть эти пушистые помощники, становится понятно, почему народ массово переходит на систему 'умный дом'.

Подруга сидела на обитом синей парчой диванчике. Бледная, измождённая, с чёрными кругами под глазами, она больше была похожа на шаолиньского монаха, чем на ту Сару, с которой я выросла.

— Лизка, — слабо улыбнулась подруга и сделала попытку подняться. Не получилось — сил не хватило.

Я нахмурилась, села рядом, прижала к себе слабое тельце.

— Ты когда ела последний раз? Мне Санычу выговор сделать?

— Я не хочу, Лизка… Я… Лиз, ты в магию веришь?..

Пальцем у виска я не покрутила только потому, что обе руки были заняты.

— Сара, тебе Дарика позвать? Я прикажу — он кабинет бросит, появится здесь и доступно объяснит, что магия есть глупые бабские предрассудки.

— А сам он не магия? — слабо усмехнулась подруга.

— Сам он — последствия радиации. Сара, не глупи. Ну какая магия?

— Мальчишек взяли? — Сара отстранилась и внимательно посмотрела мне в глаза.

— Кого? — не поняла я, сбитая с толку переменой темы.

— Дирка и Рика.

— А, да, — сообразила я. — Их поймали. Они клянутся, что и пальцем тебя не тронули.

— Правильно, не тронули. Помню, мы с ними поругались насчёт контрабанды, я выскочила на улицу, пробежала несколько шагов, и всё, темнота, — подруга сглотнула, помолчала немного и продолжила. — Пришла в себя в комнате. Вокруг — феи, сильфы, эльфы. Все летают. Как звёздочки, когда головой о тяжёлое ударишься.