Книга Рыжий и скрипка, страница 58 – Софья Ролдугина

Джек моргнул; веки у него точно свинцом налились.

— И что же, если я соглашусь, то не смогу спать под крышей?

— А если бы и так? – Сайко-купец схватил его за плечо, цепко, больно почти. – Какая тебе оттого беда? Дикий зверь и так и эдак под крышей не спит… Да к тому же как ты прабабкину службу закончишь, то проклятие тут же и спадёт! Заодно и награду получишь – такую, о какой другие и помыслить не могут. Справедливо ведь?

— А… что за служба-то?

Язык во рту еле ворочался.

— Легче не придумаешь! Постучаться в Ведьмин дом, что у Гиблого ущелья стоит, провести там три ночи и сослужить три службы. Уж тебе-то это под силу! Я как тебя увидел, то сразу понял, что ты другим не чета, особенно той упрямой девке, с которой якшался.

«Ага, – пронеслось в голове. – Значит, к Аве он с этой просьбой тоже подкатывал, но она его послала».

— А… если откажусь?

— Так с чего тебе отказываться-то? – Голос купца звучал гулко, то отдаляясь, то приближаясь; тёплая, нагретая от костра земля ткнулась в щёку, а пламя загудело и взвилось выше неба. – Сокровище, видишь, само в руки идёт! Соглашайся. Отсюда до Ведьмина дома рукой подать. А я б тебе и серебра отсыпал по совести, и карту бы дал, и проводил бы почти до самого ущелья. Отчего не согласиться?

Купец говорил что-то ещё, но Джек уже не слышал: его свалил хмель.

В пьяном забытьи мерещилось не то плавание по бурному морю, не то полёт над грозовыми облаками. Джека вертело и трясло; челюсти клацали. Где-то вдали тревожно надрывалась скрипка, и звуки точно ввинчивались в череп, причиняя острую боль.

«Найду, – раздался вдруг совершенно ясный голос Сирила. – Найду и прибью к чёртовой матери».

Джек вдруг до смерти перепугался – и очнулся.

…серое небо нависало низко-низко, едва не мешаясь с туманом. Ветер знай себе шелестел вереском; пахло ранней погожей осенью, а по надломанной ржавой травинке полз большой муравей.

Ни купца, ни двух его повозок, ни охранницы и следа не было.

— Я идиот, – простонал Джек, прижимая ладонь ко лбу. – Просто идиот.

Выпрямиться получилось далеко не с первого раза.

Его тошнило, во рту было сухо и кисло, а затылок ломило, и тело казалось спелёнатым из-за чудовищной слабости – признаки не то тяжёлого похмелья, не то отравления. Плащ на лисьем меху, к счастью, остался при нём, как и золото, добытое в пещере у великана… Нет, ничего не пропало, напротив, только прибавилось.

За пазухой у Джека был заботливо приткнут небольшой мешочек с серебром, а ещё свёрнутый в трубку лист плотной желтоватой бумаги с коротким текстом договора – и чернильным оттиском большого пальца на месте подписи.

«Надо полагать, вместо моей».

Договор гласил, что «игрок именем Джек» обязуется исполнить три службы в Ведьмином доме и получить награду вместо купца Сайко, правнука Кейко, а до тех пор – или до своей смерти – берёт на себя его проклятие добровольно и с охотой.

На обратной стороне договора была небрежно начерчена карта: Гиблое ущелье, окрестные города и деревни – и Ведьмин дом.

Положение Джека тоже было отмечено – за большим камнем у перекрёстка.

Перекрёсток и впрямь обнаружился неподалёку, за пригорком, а там – три наезженные дороги и указатель.

«Ну и что теперь делать?»

Первой мыслью было чихнуть на договор огнём и рвануть куда подальше, надеясь, что раз имя указано неполное, а согласие купец выудил обманом, то и проклятие не перейдёт. И Джек уже почти решился, когда вдруг увидел в сером мареве яркий голубой проблеск неба – аккурат в направлении ближайшего города.