Онлайн книга «Рыжий и скрипка»
|
Джека – случайно или нет – усадили неподалёку от картёжников. Пока он дожидался своего ужина, то успел присмотреться и сообразить, что на дюжину человек за столом честных там – половина, не больше. «Сыграть, что ли? – пронеслась мысль. – Хотя лучше не стоит. С удачей или нет, но сейчас я выиграю разве что у подушки». И тут же, словно подслушав его, обернулся один из участников, судя по манерам и припрятанным в рукавах картам, не слишком-то честный. Тощий, высокий, с пышными каштановыми кудрями и тонкими усиками, одетый в серо-голубой камзол и штаны из мягкой замши, он явно прикидывался богачом, но ставил понемногу, а из кошеля у него пахло не столько медью, золотом и серебром, сколько железом. «Фальшивомонетчик ещё, что ли, вдобавок?» – мельком удивился Джек… и, встретившись с ним взглядом, поспешно отвернулся и накинул капюшон. Очень хотелось снова завязать на поясе узел, отводящий глаза… если б не подозрение, что тогда дождаться ужина будет сложновато. — Эй, ты, мохнатый, держи, – послышалось над ухом тут же грубоватое, и рослый детина – точь-в-точь как великан за стойкой, только помладше, лет этак пятнадцати – брякнул на стол поднос. – Если ещё что надо будет, кликни меня или сестру… Учти, нахлестаешься – никто тебя, пьяного, наверх не понесёт. Хэй, хэй, иду! – отвернулся детина тут же к кому-то в зале. – Чего надо? Ещё свиных ушей? Будет! И Джек остался наедине с ужином – ну, если не считать полутора сотен других едоков, танцоров, музыкантов и тех, кто храпел под лавками, упившись местным элем. После яств в Ведьмином доме, явно приготовленных с помощью волшебства, здешняя еда казалась восхитительно обыкновенной – и настоящей. Густую, наваристую уху из трёх видов рыбы повар немного пересолил, а в заливное не пожалел горчицы. У двух сладких пирожков с ягодами из полудюжины немного пригорело дно. В терпком травяном отваре сильно ощущался привкус мёда… Хоть Джек и не любил ни мёд, ни рыбу, ни горчицу, он смёл с тарелок всё едва ли не быстрее, чем распробовал толком. Спёртый воздух в зале пах дымом, пищей, старым деревом и людьми, хотя не только ими, конечно. «Оказывается, я соскучился по человеческому обществу». …ещё Джек скучал по городам – по настоящим, большим городам, – но в этом боялся признаться даже себе. Где-то вдали, снаружи, глухо гремело, – видимо, собиралась гроза. Прикрыв глаза, он вслушивался в глухое рокотание; разговоры в трактире тоже сливались в равномерный, слитный ропот, и лишь иногда из него выбивался чересчур громкий вскрик или хохот. — …вот так камнем по лезвию води, сильнее. Плохо наточишь – ни деревце не подрубишь, ни голову зверю одним ударом не снесёшь. — …а я ему и говорю: ты мне десять серебряных должен! Он в бега… — …пять медяшек за вышитый платок… — …невеста-красавица сбежала прямо свадьбы со всем золотом и каменьями… — …и плетью его насмерть засекла, ух, и страшна королева… — …подай мне ягнёнка целиком! Я его целиком и проглочу. — …и такой ведь был учёный человек! Похвалялся, что сквозь очки мог видеть правду. И всё равно пропал, сгинул – дюжину дней как нет его. А если он не нашёл сокровище, то кому найти-то? — …топь людей пожирает… Вскоре веки стали неподъёмно тяжёлыми. С трудом проморгавшись, Джек сообразил, что ещё немного – и он уснёт под столом без всякого эля. Благо хозяйский сын на зов явился быстро, довольно засопел, принимая комплименты для повара, и затем указал путь до комнат. Идти пришлось долго, по открытой галерее с внутренней стороны трактира, в самую дальнюю пристройку – но зато и в самую новую, там даже пахло ещё свежим древесным спилом. Прогулка по ночному воздуху немного взбодрила, тем более что ветер доносил уже отдельные холодные капли надвигающегося дождя… |