Книга Когда белые древа перестанут цвести. Том первый, страница 99 – Шань Фэн

Он в двух словах обрисовал ситуацию с нынешними учениками и передал Его Величеству разговор, который недавно состоялся у него с Лин Фэй и Лю Тянь. Старик говорил, что этот поток отличался от предыдущих, и ему не хотелось бы прятать такое сокровище от императрицы.

— Но божественные избранники не могут покидать стен Дворца, – задумчиво произнёс император, почёсывая бородку. Он понимал, что рекомендация мастера Юнь Вэня значит многое. Похоже, эти дети действительно были талантливы, раз учитель отзывался о них с таким теплом. Но и подвергать их опасности только для того, чтобы продемонстрировать эти таланты супруге, было бы неразумно. – Если с ними что-то случится во время праздника, боюсь, боги нам этого не простят.

— Может быть, мы всё же могли бы сделать исключение? – Юнь Вэнь с надеждой вгляделся в лицо Цинь Чжаньли, перебирая в руках сложенный веер. – Разве Дворец не в состоянии обеспечить этим детям надлежащей охраны? Или есть угроза, о которой старому мастеру невдомёк?

— Ничего такого, – под пристальным взглядом Юнь Вэня стушевался император. Он нечасто обнажал свою истинную сущность – ядро нерешительного человека, который терялся перед выбором. А каким ещё можно вырасти, имея столь властную мать как Сы Фэнбао? Даже будучи взрослым мужчиной, император тяготился своим положением, обязанностями и ролью, которую был вынужден играть при дворе.

— Если Ваше Величество позволит заметить, – министр Сунь Шан поклонился главе государства и продолжил, дождавшись его одобрительного кивка. – Вдовствующая императрица этого не одобрит.

Цинь Чжаньли вздохнул. Он и сам знал, что его матушка не будет в восторге, если божественные избранники выйдут на улицы Аньяна.

Внезапно внимание мужчин привлекла стройная фигура императрицы, плавно возникшая в полутьме позади супруга. Цюй Аньмин держала в руке свёрток с благовониями, а на её лице застыло выражение подавленного гнева.

— Царственная супруга, – обернувшись, Цинь Чжаньли сделал в сторону жены несколько шагов, но вовремя спохватился, вспомнив, что они были не одни. – Что привело императрицу…

Цюй Аньмин нахмурила тонкие брови и окинула взглядом двух наставников, стоявших возле её мужа. При виде Юнь Вэня её лицо разгладилось.

— Мы возвращались из покоев сына, – женщина взглянула на свёрток благовоний, который держала в руках. – Он плохо спит в последнее время.

Император задержал взгляд на руках супруги. Разве это были не те благовония, которые он использовал во время поздней работы? Тогда они должны повышать концентрацию, а не успокаивать сон. Прежде мужчина думал, что эти благовония ему приносили слуги. Увидев со свёртком супругу, Цинь Чжаньли растрогался. Неужели императрица продолжала заботиться о нём даже несмотря на то, что они много лет находились в разладе?

— Мы случайно услышали разговор Его Величества с наставниками, – переведя тему, императрица как бы между прочим убрала свёрток за спину. – Царственный супруг полагает, Наш праздник недостаточно важен для того, чтобы сделать небольшое исключение и позволить тем детям принять в нём участие? – лицо женщины сделалось отстранённым. Когда минута тепла сменилась привычной холодностью супруги, сердце Цинь Чжаньли неприятно кольнуло, словно в него вонзилась острая льдинка.